По одежде не суди по делам гляди



По одежде не суди, по делам гляди

Безлюдная деревенская улочка. Полдень. Спокойное голубое небо сияет чистотой. Снег тускло поблескивает под неяркими зимними лучами солнца. Тонкие березки неслышно качают озябшими веточками. И вдруг тишину пронзает звонкий мальчишечий голос:

— Эй, Матвейка, Матвей! Я тебе сейчас такое расскажу!

По обледенелой проселочной дороге, спотыкаясь, размахивая шапкой-ушанкой, бежит Федька. Щеки его раскраснелись, и сам он похож на растрепанного цыпленка.

— Ой, ты не поверишь! — вопит он, карабкаясь по скользким ступенькам, ведущим в дом его друга. Мальчишка широко распахивает дверь, впуская в сени холодную струю воздуха, и вприпрыжку бежит в горницу.

— Я так удивился, когда узнал, — тараторит он, второпях скидывая с себя ватник, и кидаясь к лавке, с которой на него удивленно смотрит Матвейка, — Ой, а как ты себя чувствуешь? Я вот тут тебе варенья принес – бабушка говорит, что малиновое варенье – лучшее лекарство от любой хвори… Еще у меня тут где-то было… Тебе, кстати, все-все привет передают и желают скорейшего выздоровления! Ох, ну куда же я подевал это…

— Постой-постой! Что случилось? Не торопись, скажи толком! – сипит Матвейка, с трудом приподнимаясь с лавки. Весь он замотан теплыми одеялами, только красный нос видно, да сверкающие бусинки-глаза из-под надвинутой на лоб шапки.

Федька переводит дух и, беспорядочно размахивая руками, начинает свой путаный рассказ:

— Сегодня к нам в класс пришел – и кто бы ты думал – новый ученик! Его Васькой зовут. Он такой непутевый, даже смешнее нашего Петьки Матроса! Пальто на нем дырявое, а рукавицы – ты только подумай – в заплатках все! Ходит, будто медведь косолапый. И выговор-то у него чудной такой: что ни слово – все шиворот-навыворот. Неграмотный совсем, видно. Представляешь? А еще Минька рассказывал…

— Подожди, приятель, — с трудом произносит Матвейка. Лоб его нахмурен, а широкие брови сведены, — Что же ты говоришь такое? Разве можно о людях судить по одежде? Ведь ты даже его не знаешь вовсе, вдруг ему тяжело в жизни пришлось! А ты сразу: «Неграмотный совсем»! Тьфу, даже стыдно за тебя, Федька, честное слово! Да еще ворвался так неожиданно, не поздоровался даже! Кричишь тут, как полоумный!

Пристыженный Федя замолчал.

— Ну, я тогда пойду, — неуверенно промямлил он и побрел к двери, волоча за собой ранец, — Ты, это, ну, извини…

На следующий день в дверь дома Матвея аккуратно постучали.

— Входите, не заперто, — прохрипел мальчик.

В проем просунулась лохматая голова Федьки.

— Здравствуй, дружище, — широко улыбаясь, воскликнул он и, неуверенно потоптавшись на месте, подошел к другу, — Знаешь, а ты был прав! Этот Васька – хороший парень. Сегодня был такой случай. Возле школы стоит высокое дерево, и собака нашего дяди Мити загнала на него маленького котенка. Сам он, конечно, спустится не смог – маленький еще, да и напугался сильно. Мы с ребятами увидели, что с котенком приключилось, и расстроились, но помочь ему никто так и не решился. И тут – только представь – откуда-то выбегает этот самый Васька и, не раздумывая, карабкается на дерево. «Что ты делаешь, разобьешься ведь! Оставь котенка – сам спустится!» — кричали мы ему, но он никого не слушал. Нам всем страшно даже за Ваську стало, но все окончилось благополучно. Он спустился вместе с котенком, который теперь живет у нашей Тамары Николаевны, и ты знаешь, Ваську невозможно не уважать. Он настоящий храбрец, и сердце у него доброе. Никогда больше не буду судить по внешности! Хорошо, что я это понял, ведь теперь у меня есть новый друг. И все это благодаря тебе!

Матвейка улыбнулся и крепко пожал Феде руку.



sitemap
sitemap