Заимствование французских слов в русском языке на примере АС Пушкина и МЮ Лермонт



Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение

Егорлыкская средняя общеобразовательная школа № 1

«кафедра иностранного языка»

Исследовательская работа

Тема: « Заимствование французских слов в русском языке на примере А.С. Пушкина и М.Ю. Лермонтова»



Лисица Александра Андреевна 8«В» класс

Руководитель: Чумакова Любовь

Николаевна

Научный руководитель: Еремеева Лилия

Петровна

Ст. Егорлыкская

2013г

Содержание

ВВЕДЕНИЕ

Глава I.Французский язык в жизни А.С.Пушкина

1.1.А.С.Пушкин и французский язык

1.2.Влияние французской литературы

Глава II Французский язык в произведениях А.С.Пушкина

2.1.Первые произведения на французском языке

2.2.Переводы А.С. Пушкина

2.3.Французские вкрапления в произведениях А.С.Пушкина

2.4.Французская нетранслитерированная лексика и азеология в языке Пушкина.

Глава III М.Ю. Лермонтов

Литература

Заключение

Введение

Лучший способ провести время – это читать и перечитывать произведения, стараясь осмыслить многозначность художественных образов, вникнуть в суть мыслей и творческих откровений, попытаться понять мир, источники его мировоззрения. Существенным препятствием для глубокого проникновения в творчество поэта часто оказывается незнание фактов, исторического контекста, нравственной, духовной атмосферы, литературного быта, привычек людей того времени, а также безбрежное множество фактов, интерпретаций личности поэта и его сочинений. Обобщая все пройденное ранее и углубляя знания о творчестве великого русского поэта, я узнала, что А. С. Пушкин писал стихи на французском языке. Так я и сама изучаю этот язык романтиков, меня заинтересовало: почему Пушкин писал свои первые не на родном, русском, а на французском? Будучи с детства обучен лишь французскому языку, Пушкин позже познакомился с итальянским и немецким, усердно изучал английский и достиг, вероятно, хорошего его знания. Так же древние языки привлекали поэта. Латынь не совсем исчезла с его горизонта, принимался он и за греческий. Я поставила цель – погрузится в историю жизни Александра Сергеевича Пушкина и выяснить, какую же роль сыграл французский язык в становлении его как поэта?

Глава I. Французский язык в жизни А.С. Пушкина.

1.1.А.С. Пушкин и французский язык.

Поэтический дар Пушкина определился очень рано. Уже в первых его стихотворениях, дошедших до нас и относящихся, вероятнее всего, к 1813г., при всех недостатках свойственных первым опытам, чувствуется уверенность поэта, овладевшего техникой стихотворной речи. Стихи эти по своим достоинствам ни в чем не уступали тому, что печаталось на страницах журналов того времени. Из мемуарных свидетельств о стихотворных упражнениях Пушкина до лицейских лет мы узнаем, что Александр Сергеевич воспитывался в литературной среде, и немудрено, что 9-летнему мальчику захотелось попробовать себя в искусстве подражания и сделаться автором. Первые его попытки были, разумеется, на французском языке, хотя учили его и русской грамоте. Вообще воспитание его мало заключало в себе русского: он слышал один французский язык; гувернер его был француз, впрочем, человек не глупый и образованный; библиотека его отца состояла из одних французских сочинений. Ребенок проводил бессонные ночи и тайком в кабинете отца «пожирал» книги одну за другой. Пушкин был одарен памятью необыкновенной и на одиннадцатом году уже знал наизусть всю французскую литературу

Первым воспитателем Александра Сергеевича Пушкина был французский эмигрант граф Монфор, человек образованный, музыкант и живописец; потом Русло, который писал хорошо французские стихи, далее Шеншель и другие: им, как водилось тогда, дана была полная воля над детьми. Разумеется, что дети говорили и учились только по-французски.

Сам поэт признавался, что ему легче писать на иностранном языке, чем на своем, и действительно писал на этом языке свои любовные писем и письма официального характера, а также предпочитал бы обращаться к нему для изложения мыслей, сколько — ни будь отвлеченных. Когда ему надо было рассуждать, он делал это большей частью по-французски и русское выражение редко приходило ему на ум, как это показывали черновики его критических писаний. На французской литературе был он воспитан больше чем на русской, и не отрекся никогда от иных кумиров юности, — Парни, Вольтера, не говоря уже о Шенье, которого полюбил немного позже.

1.2.Влияние французской литературы.

Естественно возникает вопрос, как сказалось на поэтическом творчестве юного Пушкина французское воспитание, тем более что культурная гегемония Франции во всей Европе, утвердившаяся в XVIII в., еще была прочна в годы юности Пушкина. Господство классицизма совпадало со временем особого авторитета французской литературы двух веков, так как именно в произведениях французских писателей видели высочайшие образцы классической литературы. Пушкин позднее, в годы борьбы с классицизмом отмечал влияние французской литературы на русскую. Когда заметно стало увлечение произведениями Байрона, Пушкин писал Гнедину: «Английская словесность начинает иметь влияние на русскую. Думаю, что оно будет полезнее влияния французской поэзии, робкой и жеманной»(27 июня 1822г.). Или вот что говорится в письме Вяземскому по поводу его статьи об Озерове: «Все, что ты говоришь о романтической поэзии, прелестно, ты хорошо сделал, что первый возвысил за нее голос — французская болезнь умертвила б нашу отроческую словесность» (6 февраля 1823г.). Так, в боевые годы романтических увлечений именно во французской литературе видел Пушкин источник рутинных форм, ржавчину, едва не погубившую нарождавшуюся русскую литературу.

Борьба с пережитками классицизма для Пушкина являлась одновременно и преодолением собственных навыков в своем творчестве.

При поступлении в Лицей Пушкин даже своих товарищей, выраставших, как и он, в офранцуженной светской среде, поражал широким знанием французской литературы и совершенным знанием французского языка. Недаром в «национальных песнях» Пушкин фигурирует под именем «француза» («А наш француз свой хвалит вкус…»). По воспоминаниям С.Д.Комовского, за Пушкиным укрепилась эта нелестная в военные годы кличка. Как он писал (уже в старости), «по страсти Пушкина к французскому языку называли его в насмешку французом, а по физиономии и некоторым привычкам обезьяною (и даже смесью обезьяны с тигром)». Именно эту кличку свою вспомнил Пушкин на праздновании лицейской годовщины в 1828г., когда он подписался «Француз» и пояснил в скобках: «смесь обезьяны с тигром». Обратили внимание на французские вкусы Пушкина и лицейские педагоги. М.С.Пилецкий-Урбанович писал 19 ноября 1812г.: «Читал множество французских книг, но без выбора, приличного его возрасту, наполнил память свою многими удачными местами известных авторов». Коморскому, по-видимому, было неизвестно происхождение прозвища Пушкина. Архаический стиль подписи Пушкина указывает на пародический характер прозвища. Оно заимствовано из объявления об освобождении Москвы от французов. Объявление это писано А.С. Шишковым. Между прочим, там говорилось: « Сами французские писатели изображали нрав народа своего слиянием тигра с обезьяной». Возможно, что Пушкин знал и источник, откуда Шишков взял это выражение. Это- изречение Вольтера, ставшее поговорочным. Слова эти в разных вариантах Вольтер повторял не раз. Например, в письме Джанталю 30 августа 1769: «La nation passe un peu pour etre une jolie troupe de singes; mais parmi ces singes, il y a des tigres et il u en a foujours eu» (Нация ныне слывет за недурное стадо обезьян, но среди этих обезьян есть, и тигры и всегда были»).

В период ученичества французская литература не могла не отразиться на раннем творчестве Пушкина.

Классицизм во французской литературе не оставался однородным в течении XVII и XVIII вв. Не был он однородным и при самом возникновении. В классической плеяде XVIIв. только два имени можно связывать с теми строгими правилами классического искусства, которые были канонизированы рукою Пушкина: Байте и Агарном (имена Расина и Буйло) Вторая половина XVIII века характеризуется совершенным разложением классицизма. В области поэзии одно время торжествует мелкая светская поэзия мадригалов, эпиграмм, надписей, альбомных стихов, куплетов и пр. Такова была школа Дара, за которым последовали еще более мелкие поэты, произведения которых печатались в ежегодных выпусках «Almanach des Muses» («Альманах муз») и других подобных изданиях и широко представлены в сборнике «Anthologie francaise» («Французская антология»), откуда широко черпали поставщики переводных эпиграмм в русские журналы. Среди таких эпиграммистов — переводчиков и подражателей был и дядя Пушкина, и И.И. Дмитриев, и многие другие. В Лицее это направление представлено было в творчестве Илличевского.

Ах! Ведает мой добрый гений,

Что предпочел бы я скорей

Бессмертию души моей

Бессмертие твоих творений.

Эта измельчавшая поэзия (poesie fugitive) не была сметена и новым направлением в лирике, развивавшимся в последнюю четверть века и связанным с расцветом сентиментализма или преомантизма: направлением элегическим, представленным в первые годы стихами Э.Парни. Ранняя французская элегия выдвинула новые поэтические принципы: на смену внешнему остроумию мадригалов пришли самопризнания поэта, рассказывающего о своих радостях и горестях. Искренность стала основным критерием политического достоинства. С темой лирических признаний и утверждения человеческой личности в ее своеобразии и неповторимости соединялась тема природы экзотической, пышной. Ранняя элегия отличалась жизнерадостностью, воспеванием наслаждений, особенно любовных, но и тогда уже с этими настроениями соединялись чувства уныния и меланхолии, получившие наиболее законченное выражение уже в начале нового века в элегиях Мильвуа.

Пассивное подражание французским поэтам если и можно найти у Пушкина, то только в самых первых его стихотворениях, когда он еще пробует свое перо и нащупывает пути, не зная, чему отдать предпочтение. В этот период в его стихах можно найти общие места мелкой поэзии второй половины XVIIIв. Так, в его «Монахе» все эпизоды, вроде картин вакханалии, преследования нимф и т. п., нетрудно вывести из соответствующих эпизодов эротических поэм 70-х годов XVIII в., вроде «Искусства любви» Бернара, «Купающейся Зелий» маркиза Пезо и других поэм, гармонировавших с увеселениями двора, где царствовала маркиза Помпадур и ее наследница. Де. Барси. Это были холодные имитации мифологических эпизодов, заимствованных из поэзии Овидия, лишенные всякого чувства античности, ослабленное поэтическое соответствие картинам Буше и рисункам Эйзена.

Такие стихотворения, как «Рассудок и любовь», «Блаженство», «Фавн и пастушка», — следы увлечения подобной поэзией. Но увлечение это было кратковременным и никогда не определяло основных черт ранней лирики Пушкина. Он никогда не был убежденным поклонником этой мелкоэротической поэзии петиметров и «красных каблуков». Не они определяли вкусы и склонности Пушкина. Из его признаний лицейского периода мы знаем, что всех выше он ценил Вольтера, которому он дал восторженную характеристику в «Городке» и которому пытался следовать в «Монахе», а позднее в «Бове». Следы увлечения поэмой Вольтера «Орлеанская девственница» заметны даже и в первой законченной поэме Пушкина — «Руслан и Людмила».

Будучи в Лицее, Пушкин еще, безусловно, склоняется перед авторитетами «великого века». Для него еще не поколеблен кодекс поэтического искусства, провозглашенный законодателем французского Парнаса, сатириком. Брало. Первое печатное произведение Пушкина, послание «Другу стихотворцу», построено по всем правилам классической сатиры (или сатирического послания).

Из поэтов XVIII в. Пушкин любил Гроссе и за его популярную сказку об ученом попугае «Ver-vert», и за его послание » La Chartreuse» («Монастырь»). Оба эти произведения поименованы в стихотворения 1815г. «Моему Аристарху», а второе в какой-то степени определило схему «Городка», а может быть, и вызвало мотив «монастыря» применительно к Лицею в стихотворениях «К Наталье», «К сестре».

Обычно, говоря о французском влиянии на юного Пушкина, больше всего запоминается имя Парни. Так, примечания Л.Н. Макова к первому тому старого академического издания сочинений Пушкина наполнены цитатами из стихов Парни, якобы являющихся параллелями к лицейской лирике Пушкина. Между тем здесь совершенно ясны натяжки и преувеличения. Никогда Парни не имел решающего влияния на Пушкина.

По-видимому, знакомство Пушкина с Парни началось не с его «Эротических стихотворений» (как называется циклы его элегий), определивших место Парни не только во французской, но и в мировой поэзии, а с его более слабых подражаний поэзии Оссиана. Пушкин в начале своего поэтического пути отдал дань Ессиану; к этому времени относится и его вольный перевод эпизода из оссианической поэмы Парни «Синель и Наслега». В стихотворениях 1814-1815 гг. мы не найдем никаких следов, свидетельствующих о близком знакомстве с поэзией Парни: ни фразеологических, ни сюжетных параллелей. К Парни Пушкин пришел позднее, в период своих увлечений жанром элегий. Но к тому времени он уже выходил из возраста ученических подражаний. Поэтому и в элегиях его доля поэзии Парни незначительна. Между тем, по-видимому, именно тогда Пушкин узнал и полюбил этого поэта. Во всяком случае, имя его стало появляться в стихах Пушкина. Это были последние годы популярности Парни. Прошло немного лет, и Пушкин принужден был сознаться:

Я знаю: нежного Парни

Перо не в моде в наши дни.

Конечно, нетрудно подобрать к лицейским стихам Пушкина французские параллели. Но по большей части это «общие места» поэзии того времени. Эти параллели без всякого затруднения можно заменить русскими параллелями. То, что есть общего у Пушкина с французской поэзией, уже давно было усвоено его старшими современниками. В частности, в поэзии Батюшкова налицо почти все элементы того, что обыкновенно приводят в доказательство французского влияния.

2.1.Первые произведения на французском языке.

Первые стихи Пушкина были на французском языке.

«Stances» и «Mon Portrait» по воспоминаниям лицейских товарищей Пушкина, являются одними из первых стихотворений, написанным поэтом в Лицее. Известно, что еще в семье, до поступления в Лицей, Пушкин по примеру отца писал французские стихи. Оба эти стихотворения были опубликованы только после его смерти.

Mon portrait.

Vous me demander mon portrait,

Mais pein d’apres nature;

Mon cher, il sera dientot fait,

Quoique en miniature.

Je suis un jeune polisson,

Encore dans les classes;

Point sot, je le dis sans facon

Et sans fades grimaces

Onc il ne fut de babillard,

Ni docteur en Sorbonne —

Plus ennuyeux et plus braillard,

Que moi-meme en personne.

Ma taille a celles des plus long

Ne prut etre egalee;

J’ai le teint frais, les chevrux blonds

Et la tete bouclee.

J’aime et le monde et son fracas,

Je hais la solitude;

J’abhorre et noisee, et debats,

Et tant soit peu l’etude.

Spectacles ,bals me plaisent fort,

Et d’apres ma pensee.

Je dirais ce que j’aime encor…

Si n’etais au Lycee.

Apres cela, mon cher ami,

L’on peut me reconnaitre:

Oui! tel que le bon Dieu me fit,

Je veux toujours paraitre.

Vrai demon pour l’espieglerie,

Vrai singe par sa mine,

Beaucoup et trop d’etourderie

Ma foi, voila Pouchkine.

2.2.Переводы А.С.Пушкина

«Переводчики — почтовые лошади просвещения». Вслед за Жуковским не погнушался и Пушкин впрячься в тяжелый рыдван западной литературы и тащить его по русским ухабам, даже и выбиваясь иногда из сил. «Мера за меру» — странная и, кажется не совсем удавшаяся драма Шекспира, но попытка Пушкина сгустить её поэму (что бы, ни думал о ней сам Пушкин) удалась еще гораздо менее. Точно так же и стихотворение переложение из Баньянов «Странника», несмотря на восторг Достоевского, к лучшим его созданиям не принадлежит. Однако сожалеть о затраченном на эти попытки времени было бы близоруко, тем более что и «Пир во время чумы» — почти перевод, даже больше перевод, чем «Анджело», а здесь в высшей мере совершилось чудо, которое Пушкину так часто удавалось совершать. Самый выбор переведенного отрывка: лучшего куска в безразличной пьесе посредственного автора, дословность перевода некоторых стихов и легкая, но решающая переделка некоторых других; замена обоих песен, использующая мотивы уже намеченные у Вильсона, но меняющая окраску целого и дающая ему новый смысл; все это свидетельства именно пушкинского переимчивого и преображающего гения. Неизбежность преображения была такова, что заправским переводчиком, как Жуковский, Пушкин не сделался; ему даже казалось, что Жуковский переводит слишком много,- сам он больше подражал и переделывал, тем самым продолжая, однако, деятельность того, кого недаром называл учителем. Переделки могли не удаваться, но здесь и намерение важно, не только результат, да и не в отдельных участках или неудачах дело; дело в том, что Пушкин всю жизнь дышал воздухом европейской литературы и так впитал ее в себя, что вне ее (как, разумеется, и вне России) становится непонятным все, что он написал, все направление его творчества.

Вот конкретный пример переводов на русский язык произведений французского поэта, всегда привлекавшего Пушкина, Андрэ Шенье. Из которого Пушкин переводил и целые стихотворения, и рассыпанные в разных его произведениях строки или двустишия.

Ты вянешь и молчишь; печаль тебя след

На девственных устах улыбка замирает,

Давно твоей иглой узоры и цветы

Не оживлялся. Безмолвно любишь ты

Грустить. О, я знаток в девическою й печали

Давно глаза мои в душе твоей читали.

Любви не утаишь: мы любим, и как нас

Девицы нежные, любовь волнует вас.

Счастливы юноши! Но кто, скажи, меж нами,

Красавец молодой с очами голубыми,

С кудрями черными?…Краснеешь? Я молчу,



Но знаю, знаю все; и если захочу,

То назову его. Не он ли вечно бродит

Вокруг дома твоего и взор к окну возводит,

Ты в тайне ждешь его. Идет, и ты бежишь

И долго вслед за ним незримая глядишь,

Никто на празднике блистательного мая,

Меж колесницами роскошными летая,

Никто из юношей свободней и смелей

Не властвует конем по прихоти своей.

Elegie

Jeune fille, ton coer avec nous veut se taire.

Tu fuis, tu ne ris plu; rien ne saurait tr plaire.

La soie a tes travaus offre en vain des couleurs;

L’aiguille sous tes doigts n’anime plus des fleurs.

Tu n’aimes qu’a rever, muette, seule, errante;

Et la rose palit sur ta bouche mourante.

Ah! mon oeil est savant et depuis plus d’un jour,

Et ce n;est pas moi qu;on peut cacher l’amour.

Les belles font aimer; elles aiment. Les belles

Nous charment tous. Heureux qui peut etre aime d’elles!

Sois tendre, meme faible; on doit l’etre un moment;

Fidele, si tu peux. Mais conte-moi comment,

Quel jeune homme aux yeux bleus, empresse, sans audace,

Aux cheveux noirs, au front plein de charm et de grace…

Tu rougis? On dirait que t’ai dit son nom.

Tu vois; je le connais. Autour de ta maison

C’est lui qui va, qui vient. Et, laissant ton uurage,

Tu vas, sans te montrer, epier son passage.

Il fuit vite; et ton oeil, sur sa trace accouru.

Nul, en ce bois voisin ou trois brillantes

Font courir au printemps nos nymphes triomphantes,

Nul n’a sa noble aisance et son habile-main

A soumettre un coursier aux volontes du frein.

На переводах из Андре Шенье можно проследить дальнейшую эволюцию Пушкина-переводчика, начало которой положено в переводах из Парни. Пушкин, переводя, стремился освободить стихотворения от того, что ему представлялось случайным. Он хотел дать жанр оригинала в чистом, беспримесном виде, и потому иногда «редактировал» оригинал. В этом смысле Пушкин разделял взгляды таких своих учителей, как Батюшков и Жуковский. Но анализ пушкинских переводов до 1825 года (Парни, Шенье) говорит еще об одной особенности подхода Пушкина к поэтическому произведению: он видит в нем, прежде всего художественное целое, которое именно как целое, как художественное единство, и должно быть передано на другой язык. Элегия Шенье переведена Пушкиным не как соединение отдельных строк, ритмических йодов, малых и развернутых образов, или, тем более, слов и фраз, но как целостное поэтическое творение, которое, разумеется, состоит из этих строк, ритмов, образов, слов, фраз, но значит гораздо больше, чем простая сумма этих элементов. В понимании произведения как системы, как целостности Пушкин пошел дальше своих учителей. Для Батюшкова и Жуковского единство произведения обеспечивалось субъективным единством авторского переживания; для Пушкина единство, целостность носит характер объективный, и оно может быть воссоздано разнообразнейшими средствами, использованные иностранным автором. Поэтому Пушкин так свободен в выборе средств внутри уже понятой им художественной системы. Первая трудность, состоящая перед ним как перед поэтом переводчиком, сводится к тому, что бы эту систему осмыслить как целое.

2.4.Французская нетранслитерированная лексика и фразеология в языке Пушкина.

Лексика представляет собой пласт языка, наиболее тесно связанный с социальной жизнью общества, чутко реагирующий на все изменения, происходящие в ней. 1-я треть XIX в. — богатая событиями историческая эпоха. В это время завершается процесс образования национального русского языка. Изучая язык этого периода, исследователи отмечают в качестве главной тенденцию к синтезу всех жизнеспособных лексических средств языка, в том числе — иноязычных слов. При этом вопрос о месте иноязычной лексики связывается с ролью разных по источнику и стилистической окраске слов. Языками — источниками заимствований были, кроме французского, английский, немецкий, итальянский и др. Удельный вес французских заимствований (а особенно в конце XVIII- начале вв.) был значительным среди иноязычных слов.

Общеизвестно, что Пушкин считал естественным и закономерным употребление иноязычных слов в том случае, если эти слова обозначали предметы или отвлеченные понятия, для которых не было эквивалентов в русском языке. В шутливой форме его позиция выражена на страницах «Евгения Онегина»:

Но панталоны, фрак, жилет,

Всех этих слов на русском нет,

А вижу я, винюсь пред вами,

Что уж и так мой бедный слог

Пестреть гораздо меньше мог

Иноплеменными словами,

Хоть и заглядывал я встарь

В Академический словарь.

Глава III М.Ю. Лермонтов

Вопрос о заимствованиях Лермонтова постоянно привлекал внимание и изучался несколькими поколениями ученых. Установлено многообразие форм заимствований и богатство их функций в творчестве Лермонтова. В самом глубоком значении заимствования помогают решать проблемы характера и методов осуществления преемственности развития.

Заимствования освещают картину эволюции поэта. Документируют постоянный и нараставший из года в год интерес Лермонтова к Пушкину. Обосновывают круг чтения поэта, его широкую литературную осведомленность. Вскрывают сознательное намерение Лермонтова продемонстрировать (читателю) свою связь с нужным ему поэтом. Наконец, заимствования дают богатейший и бесценный материал для научного комментирования произведений Лермонтова.

В периодической печати второй половины XIX века появлялись многочисленные работы о заимствованиях Лермонтова. Возникала необходимость обобщения сделанного за многие десятилетия. Это было осуществлено Б. Нейманом. В 1914 году он издал книгу «Влияние Пушкина в творчестве Лермонтова». К накопленному предшественниками богатству автор присовокупил собственные наблюдения и факты. Поэтому книга Неймана сыграла видную роль в изучении творчества Лермонтова и в разработке темы «Лермонтов и Пушкин».

К собранным материалам обратились истолкователи. Чуждые историческому подходу к явлениям. Они были загипнотизированы фактами и примерами, которые. Казались им, нуждаются в интерпретации. Находясь в плену эмпирических наблюдений, они спешили истолковать обнаруженные примеры как документальные свидетельства художественной несостоятельности Лермонтова. На их стороне, казалось, была «правда» фактов – если заимствовал, значит, не самостоятелен, не оригинален…

Эмпирическая «правда» послужила основанием для выдвижения стройной концепции о литературном влиянии. Конкретно – о влиянии Пушкина на Лермонтова. Давний термин «влияние» в новой концепции мельчал, утрачивал историческую содержательность, приобрел чуждый ему смысл – собрание улик («заимствований») несамостоятельности. Концепция «влияния» оказывала всевозрастающее воздействие на лермонтоведение, она сказалась и на работе Б. Неймана – не случайно он назвал свою книгу «Влияние Пушкина в творчестве Лермонтова».

В нашей науке нет четкого научного разделения понятий «заимствования» и «влияния». В результате концепция «влияния» пользуется авторитетом, она подчиняет себе «заимствования», искажая их реальный смысл. Характерный пример. В «Лермонтовской энциклопедии» оправданно печатается статья «Заимствования». Однако подлинно исторического определения и термина и явления, обозначающего его, нет. Констатируются факты – заимствования. Затем вдруг выдвигается тезис: «Однако, заимствуя, Лермонтов соединяет ранее известное так, что возникает нечто принципиально новое. Он создает оригинальную творческую концепцию, в свете которой преображается все привнесенное»

Литература

1. Лотман Ю. М.’’ Беседы о русской культуре’’ «Искусство», СПБ.1994г.

2. Смирнов А. ‘’Француз» стихотворение А. С. Пушкина, журнал Родина, 1993г.№3

3. Вейле В. »Пушкин и Европа’’, журнал Русская речь,№3/1991г.

4. Зайцев’’ Пушкин (этюды из Парижа)’’, журнал Литературная Россия, 8 февраля 1991г.

5. Томашевский Б. В. ‘’ Пушкин и Франция’’ Л, 1960г.

6. Лотман Ю. М. Роман А.С. Пушкина Евгений Онегин Л, 1983г.

7. Томашевский Б. В. ‘’Пушкин работы разных лет ‘’Л, 1960г.

8. А.С. ‘’Пушкин полное собрание сочинений’’ М.1956г.

9. Колосова Н.А. ‘’Французский язык в идейно – стилевой системе пушкинских произведений’’ Изд-во СГУ 1984г.



Заключение

В результате этого исследования мне удалось доказать, что французский язык был для Пушкина, тем, чем латинский был для Петрарки, т. е. фундаментом, отправным пунктом. Через французский язык произошло становление Пушкина как человека и поэта, сформировалось его мировоззрение, сложилось творчество. Французский воспринимался Александром Сергеевичем, прежде всего не языком Франции, а языком европейского образованного общества; он открывал ему отчасти доступ и к другим литературам. Как заметил А.В. Дружинин, писатель и критик середины XIX века: «Законы французского языка, столь определенного, сжатого, отработанного и в совершенстве развивающего умственную гибкость пишущего, были знакомы ему (Пушкину) до тонкостей». Эти достоинства стали чертой пушкинской поэзии и прозы. Пушкин – едва ли не единственный случай в истории литературы, когда величайший поэт своей страны пишет свои первые поэтические пробы на французском языке.








sitemap
sitemap