Творческая работа Моя семья в Великой Отечественной войне



МОЯ СЕМЬЯ В ВЕЛИКОЙ

ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЕ

 

 



 

 

                                                   

   Творческая работа 

                                                            Ильченко Ивана Юрьевича,

                                                            31 августа 1992 года рождения,

                                                            учащегося 11 класса

                     муниципального      общеобразовательного

                                                            учреждения средней                           

                                           общеобразовательной школы № 3

                                                             Домашний адрес:

                                                             356356 Ставропольский край

                                                             Новоселицкий район

                                                             село Китаевское, ул. Детская, 3

                                                             Телефон: 8 (86548) 2-68-85

                                                           Со временем всё зарастает былью,

                                                          Что связано с минувшею войной,

                                                          Уж не приходят вдовы к надмогилью,

                                                       Траншеи битвы заросли травой.

                                                           Людская память вечно помнит милых

                                                           Отцов, мужей,  любимых, сыновей,

                                                           Забыть она солдат войны не в силах,

                                                        Что жизнь отдали Родине своей.

Война… Годы Великой Отечественной войны не забудутся никогда. Чем дальше в глубь веков, тем всё живей и величественней развернутся они в нашей памяти. Не раз ещё сожмётся наше сердце при воспоминании о тех страшных днях, которые пережила наша Родина, наш народ. Я говорю «народ», и в этом слове подразумеваю ни каких-то далёких людей с другой незнакомой планеты, а о наших родных, наших близких –  бабушках и прабабушках, дедах и прадедах. Ведь именно им, молодым,  пришлось пережить страшный ужас той жестокой войны, которая длилась 1418 дней и ночей. Не было семьи, из которой  не увела бы она отца или сына, мужа или брата, жену или сестру. Каждый девятый житель нашей страны не вернулся домой.

Испепеляющим огнём прошлась война и по ставропольской земле, оставив после себя сотни вдов, сирот; матерей, потерявших детей; девушек, не дождавшихся своих суженых. Из Новоселицкого района не возвратилось более 2800 человек. Среди них были и пропавшие без вести. 

Я родился и вырос на мирной новоселицкой земле. Я хорошо знаю, как шумят весенние грозы, но никогда не слышал орудийного грома. Я много знаю о Великой Отечественной войне не только из книг, газет, телепередач, фильмов, но и из слов моей бабушки. Та кровопролитная война не обошла стороной и мою семью.

В августе 1941 года призвали на фронт моего прадедушку Кривова Ивана Павловича. Дома осталась  жена (моя прабабушка) с двухлетней девочкой (моей бабушкой) на руках. Дети войны… Они рано и быстро взрослели. Не детская это тяжесть — война, а они хлебнули её полной мерой. Дети своего народа… Они не склонили головы перед страшным и жестоким врагом, а помогали взрослым, как могли: женщины работали в колхозе, растили хлеб для фронта и ждали писем. Долгое время от мужа прабабушка не получала с фронта вестей, терялась в догадках: «Жив ли он? Может погиб или пропал без вести? Почему же нет писем?»  Так шло время. Наступила осень  1944 года, которая   стала для них роковой…

Однажды ранним утром в маленьком домике на хуторе Горном, где в то время жила прабабушка с дочерью, появились люди из НКВД. Они сообщили ей страшную весть: «Кривов Иван Павлович предал Родину, и семья понесет соответствующее наказание…»



«Кривова Александра Алексеевна осуждена Особым Совещанием НКВД 30.10.1943года (как член семьи изменника Родины) сроком на 5 лет».

Мой родной!

Не расстаться с тоской,

Невеселый мой путь, невеселый…

Покидаем родимые села, —

И увозят по взгорьям, по долам

Нас в далекий неведомый край…

Прабабушке с дочерью  даже не дали положенные 24 часа, чтобы собрать вещи, еду, попрощаться с родственниками. Посадили в телегу и повезли в Минеральные Воды на вокзал. Там погрузили в товарный поезд. Было холодно, жутко и страшно. В одном вагоне находились семьи из Новоселицкого, Александровского и других сел и городов ставрополья. Но с малолетним ребенком была только одна прабабушка. Людям хотелось есть, согреться. Они не знали, куда их везут, что их ждет и, главное, что волновало всех: «Почему это случилось?» А поезд все мчался вперед. В Москве всех рассадили по разным поездам и через несколько часов поезд снова отсчитывал километры. Так они прибыли в город Красноводск. Теперь предстояло плыть на пароходе в город Кустанай — место ссылки.

Я даже не могу себе представить, что эта маленькая девочка, чуть не умершая от дизентерии (на пароходе кормили только баландой: чеснок и свекла, сваренные в воде), страдающая от голода, была моей бабушкой. Добрые люди не дали ей умереть голодной смертью — они подкармливали её, отдавая последнее.



26 февраля 1944 года мои родные прибыли в г.Кустанай и были взяты на учет. Начались годы скитаний… Хозяйка квартиры, где их поселили, была очень злой и жестокой женщиной. Маленькую Машу, мою бабушку, она заставляла на холодном бетонном полу чистить картошку, а ей в то время было всего лишь около шести лет. Прабабушка не могла слова сказать в защиту дочери, иначе бы они потеряли жилье. Когда терпеть унижения стало невозможно, решили все-таки сменить квартиру.

Прабабушку нигде не брали на работу, она была инвалидом (не работала правая рука). Хозяйка второй квартиры тоже не отличалась добротой. Зная прабабушкину беду, все равно заставляла ее усиленно работать, стоять целый день в очереди у колодца, так как воды в домах не было и почти все население города приходило по воду к колодцу. Очередь приходилось занимать с четырех часов утра. Хозяйка назначила время: «Александра, если явишься с водой позже девяти часов, я в дом не пущу, и ты будешь ночевать на улице». Один раз, когда очередь была особенно большой, прабабушка опоздала, хозяйка в дом ее не пустила. После этого случая, да еще узнав, что хозяйка со своим сыном по ночам воровали со склада продукты и одежду, и прятали все это в канаве за городом, прабабушка ушла и с этой квартиры.

В этот раз им встретился хороший человек. Смотритель городского парка не только приютил несчастных в своей сторожке, но устроил прабабушку на работу сторожем в сапожную мастерскую. Воры, узнав, что мастерскую охраняет беззащитная женщина, да еще и инвалид, решили туда влезть. Моя бабушка вспоминает: «Ночью мы мирно спали, ничего не подозревая. Но вдруг услышали какой-то странный шум — это воры взламывали замок. У нас волосы на голове поднялись, так было страшно. Но Господь и здесь не оставил нас. По улице в это время проходил милиционер и услышал шум. Воров удалось поймать, но маму уволили с работы».

Что теперь было делать? Как жить? Положенных 30 рублей, которые государство должно выплачивать ссыльным, прабабушка не получала, вероятно, их кто-то присваивал, и оставалось одно — просить милостыню.

Как трудно было им в чужом городе, за тысячи верст от дома, от родных! Прабабушке так никто и не смог объяснить, в чем была ее вина. Даже если муж и предал Родину ( но этому она никогда не верила и до самой смерти ждала, что он вернется), то в чем же виновата ее дочь, она сама?

Кто сейчас ответит моей бабушке за чьи-то ошибки? Кто вернет ей детство? Я не перестаю удивляться умению людей того времени любить, оставаться милосердными и остро чувствовать чужую боль.

А время шло неумолимо вперед. Бабушке надо было идти в школу. Но у нее не было теплой одежды и обуви. Когда наступали холода, приходилось сидеть дома. Только через два года она смогла закончить первый класс. Радость хоть иногда, но приходила и в их маленький домик. Школа купила моей бабушке ботинки и пальто. Ее счастью не было предела. А соседка по парте Ия, дочь большого городского начальника, делилась с бабушкой своими завтраками и обедами. До сих пор помнит бабушка ту красивую девочку с добрым сердцем, Ию Рамзай, и вкус ее бутербродов.

Наступила осень 1948 года. Она принесла с собой добрые вести. 30 октября моя прабабушка была освобождена, она попала под сталинскую амнистию. И снова долгая дорога, но она была радостной, потому что это была дорога домой. Родина встретила их сурово: кто-то считал врагами народа, кто-то злословил, а родственники и друзья радовались их возвращению и не могли поверить в то, что они выжили.

Однако на этом беды не закончились. Дом и хозяйство им не вернули. На время в своей большой семье прабабушку с дочерью приютил родной брат, а позже купил им землянку. Бабушка снова пошла в школу. Ей было трудно учиться. Школа находилась в шести километрах от дома. Сказывалось то голодное время, которое она провела в Кустанае, да и здесь особо нечего было есть. Но они держались, как могли. От прадедушки вестей так и не было. Что с ним произошло, никто не знал. Во время пребывания немцев на ставрополье все архивы были уничтожены. Ни один военкомат сведений не давал.

Прошли годы. Восемь лет бабушка со своей мамой прожила в землянке. И только в 1957 году им колхоз построил маленькую хатку. Бабушка выросла, окончила школу, но все эти годы ее волновал вопрос: «Кто же мой отец?»  Только  в 1956 году пришел ответ из Ленинградского военного округа, что дело на Кривова Ивана Павловича прекращено за отсутствием состава преступления. Горькие слезы радости, что отец не виновен, и острая душевная боль переполняли бабушку и ее мать. Вот цена напрасных страданий. На этом можно было бы  поставить точку. Но не все еще сказано о моей семье.

Прабабушка умерла в 1972 году, так ничего  не узнав о своем муже: был ли он в плену, погиб ли в жестоком бою или остался жив, но по какой-то причине не смог вернуться домой. А моя бабушка по-прежнему ищет отца. Но сведений о нем нигде нет, ни в одном архиве, как будто не было человека на свете. А ведь он жил, воевал и обещал вернуться.

Идут года, война уходит в прошлое, но, странное дело, она не превращается в далекую историю, не уходит в позавчера, а, наоборот, ярче предстает перед нами во всей своей неповторимой трагичности и героичности. Война продолжает жить в нас, в наших воспоминаниях, во всем, к чему прикоснулась она. История моей семьи еще не закончена. Мне  очень хочется  узнать о том, что хранили документы архивов.

 Пока память о моем прадеде жива —  он будет для нас героем.

Он долг свой выполнил  и вправе ждать,

Что Родина солдата не забудет!

Что будет каждого пропавшего искать

И помнить каждого вовеки будет!

 








sitemap
sitemap