Сочинение Быт и нравы пушкинской эпохи по роману АСПушкина Евгений Онегин



МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

Аксубаевский муниципальный район

Муниципальное бюджетное образовательное учреждение

«Аксубаевская средняя общеобразовательная школа №2»

Сочинение

«Быт и нравы пушкинской эпохи» (по роману А. С. Пушкина «Евгений Онегин»)

Выполнила ученица 10 класса

МБОУ «Аксубаевская СОШ №2»

Уткина Юлия Владимировна

Учитель русского языка и литературы

I квалификационной категории

Вафина Флёра Вазыховна

Аксубаево – 2012

Шел 1823 год. Южная ссылка.

Из Одессы Вяземскому: «Я теперь пишу не роман, а роман в стихах – дьявольская разница». И далее еще откровеннее: «Пишу его с упоением, что уже давно со мной не было».

А вот уже с беспокойством и опять-таки Вяземскому: «Не знаю, пустят ли этого бедного Онегина в царство печати. Хотелось бы…».

Пушкинский роман слагался долго. Поэт сам указал срок – 7 лет, 4 месяца, 17 дней, сказав с восторгом: «Это лучшее мое произведение». С этими словами нельзя не согласиться.

«Евгений Онегин», я уверена, заключает в себе много загадок для пытливого ума. В самом конце романа, в восьмой главе, Пушкин пишет:

И даль свободного романа

Я сквозь магический кристалл

Еще неясно различал…

Зачем же поэту так нужна свобода в романе? Чтобы это понять, надо обратиться к замыслу Пушкина. Он ставил перед собой задачу изобразить целую историческую эпоху, за вымышленными героями, судьбами, картинами быта и нравов показать жизнь народа. Белинский позднее определит это словами: «Энциклопедия русской жизни».

… Перелистаем страницы романа, совершим с поэтом путешествие. Вот перед нами Петербург с его обитателями, людьми разных сословий и состояний, разных социальных кругов: любимица публики актриса Семенова и колкий Шкловский, автор популярных в свое время комедий, великий балетмейстер Дидло ,«сатиры смелый властелин» и «друг свободы» Фонвизин и героиня многих шумных историй балерина Истомина, которая впервые на русской сцене создала образы Черкешенки в балете «Кавказский пленник» и Людмилы в балете «Руслан и Людмила», поставленных на основе поэм Пушкина.

В точности и образности описания танца Истоминой чувствуется глубокое знание и тонкое понимание Пушкиным балетного искусства:

Узрю ли русской Терпсихоры

Душой исполненный полет?

И Пушкин, и Грибоедов, и друг Пушкина Катенин были, как и вся молодежь той поры, истинными театралами. Русский театр в «Евгении Онегине» дан глазами великого поэта, а не его героя. У Онегина не было того глубокого увлечения театром, которое характерно для самого Пушкина.

… Онегин входит,

Идет меж кресел по ногам,

Двойной лорнет скосясь наводит

На ложи незнакомых дам;

Все ярусы окинул взором,

Все видел: лицами, убором

Ужасно недоволен он;

С мужчинами со всех сторон

Раскланялся, потом на сцену

В большом рассеянье взглянул,

Отворотился – и зевнул….

Оценим яркую выразительность отдельных образов и деталей этого описания: «Идет меж кресел по ногам» — Онегин, как и многие завзятые театралы той поры, сознательно опаздывал на спектакль, идя «по ногам» сидевших бесцеремонно и самоуверенно; «Двойной лорнет скосясь наводит на ложи незнакомых дам» — Онегин сидит прямо перед сценой в партере, ложи светских дам находятся сбоку, и Онегин может рассмотреть их только «скосясь»; «С мужчинами со всех сторон раскланялся» — богатые молодые люди имели постоянные, абонированные места в театре и, значит, постоянных соседей и знакомых»; «Все ярусы окинул взором…» — Онегин ищет в театре не только театральных впечатлений, но и, как мне кажется, простого развлечения, которое уже преобладает в нем над духовными интересами…

Далее отправимся с Онегиным на бал. Опять мы видим изумительную по точности и яркости деталей картину:

Перед померкшими домами

Вдоль сонной улицы рядами

Двойные фонари карет

Веселый изливают свет

И радуги на снег наводят:

Усеян плошками кругом,

Блестит великолепный дом;

По цельным окнам тени ходят,

Мелькают профили голов

И дам, и модных чудаков.

Давайте попробуем вдуматься и всмотреться в нарисованную Пушкиным картину. Теплый зимний вечер, дома с погасшими огнями («померкшие») на сонной улице. По улице «стремглав» несется карета Онегина. Радость от быстрого движения усилена веселым светом, который изливают двойные фонари кареты (справа и слева экипажа) и отражается радугой на снегу; ярко совещенный (по-старинному – плошками) дом выглядит радостно и великолепно на фоне сонной улицы; в зеркальных окнах мелькают головы танцующих. С замечательной точностью Пушкин рисует появление Онегина на балу:

Вот наш герой подъехал к сеням;

Швейцара мимо он стрелой

Взлетел по мраморным ступеням,

Расправил волоса рукой,

Вошел.

Какая стремительность движений, и какая точность в их описании! «Расправил волоса рукой, вошел» — так метко схвачено это инстинктивное движение каждого, входящего в ярко освещенную залу.

Перед нами образец блестящей бытовой живописи Пушкина, без которой было бы неполно изображение столичного дворянства.

… Выйдем рано утром вместе с Пушкиным на петербургские улицы. Мы увидим трудовой люд большого города: разносчика, молочницу, увидим, как медленно тянется на биржу извозчик. Низшие слои общества не могут, подобно Онегину, беззаботно веселиться и жить без труда. Когда Онегин, «забав и роскоши дитя», возвращается с бала, трудовой Петербург уже встал: маршируют солдаты («Петербург неугомонный уж барабаном пробужден»), «встает купец», «идет разносчик», «с кувшином охтенка спешит», уже работает «хлебник, немец аккуратный, в бумажном колпаке». Таким образом, Петербург рисуется не только как дворянская столица, но и как трудовой город.

… Перевернем страницы, заглянем в один из уголков деревенской России. Здесь нас ожидают новые впечатления, новые незабываемые картины. Вот деревенский старожил, дядя Онегина, с его нетронутым бытом. А вот еще один персонаж – мать Татьяны и Ольги – Ларина. В ней запечатлена целая картина нравов:

Она меж делом и досугом

Открыла тайну, как супругом

Самодержавно управлять…

Она езжала по работам,

Вела расходы, брила лбы…

Служанок била осердясь.

Рядом с ней ее муж, «смиренный грешник Дмитрий Ларин», добрый и беспечный, простой и ограниченный. Их быт дает представление о целом жизненном укладе, о помещичьей «идиллии», в которой не последнее место занимают еда и питье. Русское хлебосольство и деревенская тишина, соседи, всегда готовые и «потужить, и позлословить», и строгая верность русским заветам и обычаям:

Они хранили в жизни мирной

Привычки милой старины…

Вот Гвоздин – «хозяин превосходный, владелец нищих мужиков». А вот «толстый» Пустяков, прибывший к Лариным на именины со «своей супругою дородной». А вот Флянов, отставной советник – «тяжелый сплетник, старый плут, обжора, взяточник и шут». Зарецкий, секундант Ленского, из того же мира, что Пустяков и Флянов, «некогда буян, картежной шайки атаман, трибун трактирный»… теперь же отец семейства холостой».

Я поражаюсь слову Пушкина: оно удивительно полновесно, и создает прекрасное впечатление о персонаже! В его свободном романе главное – это естественность. Вспомним одну из сатирических зарисовок быта дворян:

Но в них не видно перемены;

Все в них на старый образец:

У тетушки княжны Елены

Всё тот же тюлевый чепец;

Всё белится Лукерья Львовна

Всё то же лжет Любовь Петровна,

Иван Петрович так же глуп,

Семен Петрович так же скуп…

Замечательна разоблачительная интонация этой строфы, выразительность характеристик усилена анафорой ( Всё… Всё… Всё… ), синтаксическим параллелизмом строк:

(Иван Петрович так же глуп,

Семен Петрович так же скуп…) –

И повтором слов: тот же, то же, так же Это ироническое, злое, а не добродушно-насмешливое описание провинциального дворянства. Типичность характеристик подчеркнута многообразием примеров, укладывающихся под одно правило.

Еще более обобщенная и убедительная, на мой взгляд, характеристика столичного дворянства дана в строфе 48:

Но всех в гостиной занимает

Такой бессвязный, пошлый вздор;

Все в них так бледно, равнодушно;

Они клевещут даже скучно;

В бесплодной сухости речей,

Расспросов, сплетен и вестей

Не вспыхнет мысли в целы сутки,

Хоть невзначай, хоть наобум;

Не улыбнется томный ум.

Не дрогнет сердце, хоть для шутки:

И даже глупости смешной

В тебе не встретишь , свет пустой!

Еще глубже и беспощадней дана сатира на высший свет в восьмой главе. В строфах 24, 25, 26 выведена целая галерея сатирических образов представителей высшего света:

Тут был, однако, свет столицы,

И знать, и моды образцы,

Везде встречаемые лица,

Необходимые глупцы.

Здесь и «на все сердитый господин» и «диктатор бальный… Румян, как вербный херувим, затянут, нем и недвижим»; «Тут был Проласов, заслуживший Известность низостью души», «И путешественник залетный, Перекрахмаленный нахал». Каждый образ пронизан здесь презрением поэта, его ненавистью.

И глухая помещичья провинция, и крепостная деревня, и барская Москва, и высший петербургский свет и губернские города – все, как в зеркале, отразилось в романе «Евгений Онегин».

На первый взгляд может показаться, что Пушкин почти не дал изображения народной жизни в романе, но это впечатление ошибочно. Возьмем, к примеру, няню Татьяны Филипьевну. Пушкин создал чудесный, полный глубокой человечности образ крепостной женщины, показав нам сдержанно и тонко ее трагедию, внушив читателю чувство глубокой симпатии к ней. Мы понимаем то чувство любви к «бедной няне моей», которое не покидает душу Татьяны в светском обществе, мы разделяем это чувство. Сквозь образ няни, мне кажется, явственно проступают черты реального лица – няни поэта Арины Родионовны.

Филипьевна, няня Татьяны, не единственный образ крепостной в романе. Родствен ей образ ключницы Анисьи. Своеобразной речевой характеристикой Анисьи является тот комический эффект, который достигается несоответствием почтительной важности тона, особой торжественности рассказа и ничтожности занятий барина, которые она так благоговейно описывает:

Со мной, бывало, в воскресенье,

Здесь под окном, надев очки,

Играть изволил в дурачки.

Пушкин не дал в романе развернутой картины крепостного права, и тем не менее он яркими штрихами обрисовал жизнь крепостных крестьян. В 4-й строфе второй главы Пушкин, рассказывая, как Онегин облегчил участь крестьян, долго работал над тем, каким словом обозначить крепостных крестьян. Он испробовал три варианта: «народ – мужик – раб». Величайший русский поэт, характеризуя жизнь крепостных, считает синонимичными слова: народ – мужик – раб и в окончательном тексте предпочитает слово раб двум другим. Одно это слово, я уверена, является ярчайшей характеристикой жизни народа в эпоху Пушкина. «Крепостная нищета» показана и в окончательном тексте романа: дымная лучина в избе горит перед девушкой-пряхой, изодранный кафтан на слуге в богатом московском княжеском доме («Им настежь отворяет дверь, В очках, в изодранном кафтане, С чулком в руке, седой калмык»), служанки, с пением собирающие ягоды, («Чтобы барской ягоды тайком Уста лукавые не ели и Пением были заняты»), «нищие мужики» «превосходного хозяина» — Гвоздина, жертвы жестоких расправ скорой на руку Лариной («Служанок била осердясь…»), которая безжалостно «брила лбы» крепостным – всё яркие и острые детали, вскрывающие подлинную картину жизни крепостных.

«Евгений Онегин» — уникальное произведение. Уникальным его делает широта охвата действительности, описание отличительных особенностей эпохи, ее колорита.

Листая страницы романа, погружаешься в неповторимый мир пушкинской эпохи: гуляешь по Летнему саду с Онегиным-ребенком, наблюдаешь надменную скуку петербургских гостиных, слышишь разговоры поместных хозяев «о вине, о псарне, о своей родне», переживаешь с Татьяной ее первую любовь, любуешься великолепными картинами русской природы.

А. С. Пушкин удивительно, несколькими штрихами, описал быт и нравы всех слоев русского общества. Показывая один обычный день Онегина, автор формирует у читателя полное представление о том, как проводила время «золотая молодежь». На первый взгляд день героя насыщен до предела: «Бывало, он еще в постеле: К нему записочки несут. Что? Приглашенья? В самом деле, Три дома на вечер зовут…». Чем заполнен день Онегина? Прогулка по бульвару, роскошный обед в модном ресторане, театр, бал и позднее возвращение домой, когда уже пробуждается «Петербург неугомонный».

Говоря о воспитании Онегина, мы узнаем о типичном воспитании детей дворян в то время:

Сперва Madame за ним ходила…

Образование было поверхностным — «чему-нибудь и как-нибудь», а в необходимый набор знаний входил только французский язык, умение танцевать мазурку, «кланяться непринужденно» и «наука страсти нежной».

Образы героев романа даны Пушкиным на фоне определенной социальной среды, и эта среда (высшее столичное дворянство для Онегина, провинциальное дворянство для Татьяны) охарактеризована подробно, я думаю, исторически правдиво – пред нами русское общество первой половины девятнадцатого века, точнее, 20-х годов.

А закончить свою работу хочу словами А. М. Горького: « Евгений Онегин» — первый русский реалистический роман; роман, который помимо неувядаемой его красоты имеет для нас цену исторического документа, более точно и правдиво рисующего эпоху, чем до сего дня воспроизводят десятки толстых книг».



sitemap
sitemap