Роль интерьера в произведениях русской литературы 1 половины 19 века



Роль интерьера в произведениях русской литературы

1 половины 19 века

Удовиченко Сергея Сергеевича

Россия, Краснодарский край, г. Новокубанск, муниципальное общеобразовательное бюджетное учреждение гимназия № 2, 9 класс.

Научный руководитель: Щербакова Ольга Анатольевна,

учитель русского языка и литературы муниципального общеобразовательного бюджетного учреждения гимназии № 2.

Аннотация

Данная работа посвящена изучению роли интерьера в русской литературе I половины 19 века.

Актуальность настоящей работы обусловлена повышенным интересом моих современников интерьеру и дизайну.

Объект исследования: изображение интерьера в произведениях А.С. Пушкина и Н.В.Гоголя

Предмет исследования:

произведения А.С.Пушкина и Н.В.Гоголя;

словари, справочники;

статьи известных литературоведов по теме;

материалы Интернета;

Цели исследования:

проведение сравнительного анализа роли интерьера в произведениях разных авторов;

В рамках достижения данных целей были поставлены следующие задачи:

прочитать произведения А.С.Пушкина и Н.В.Гоголя;;

изучить материалы словарей, справочников, научной литературы и Интернета;



выявить общие черты и различия в изображении интерьера разными авторами.

В ходе решения вышеуказанных задач, были использованы следующие

методы исследования:

чтение и анализ произведений А.С.Пушкина и Н.В.Гоголя;

знакомство с литературоведческим и справочным материалом, словарями;

изучение научной литературы по данному вопросу.

Гипотеза исследования:

У каждого автора роль интерьера в произведении различна.

Источники исследования:

Все источники, использованные для написания данной работы, можно разделить на три группы:

первую составляют произведения А.С.Пушкина и Н.В.Гоголя;

во вторую входят литературоведческая, справочная и научная литература,

к третьей группе относятся материалы Интернета.

Структура работы:

Структура работы определяется поставленными задачами и состоит из введения, основной части и заключения.

Во введении мотивируется выбор темы, описывается процесс работы, характеризуются используемые источники и описывается структура работы.

Основная часть работы включает 3 главы.

Глава первая содержит литературоведческие материалы, раскрывающие роль интерьера в произведениях литературы.

Глава вторая представляет анализ произведений А.С.Пушкина и роли интерьера в изображении его героев.

В третьей главе отражены результаты сопоставительного анализа образов помещиков в поэме в прозе «Мёртвые души» Н.В.Гоголя и интерьера их поместий.

Завершает работу заключение, в котором подводятся итоги и делаются выводы по исследуемой теме.

Приложения включают в себя иллюстрации к рассматриваемым произведениям, которые выполнены автором данной работы.

Итоги работы:

собран большой материал о роли интерьера в произведениях русских классиков;

сделан сопоставительный анализ образов и интерьеров в произведениях русских авторов;

созданы иллюстрации к рассматриваемым произведениям.

Выводы:

В результате исследования мы пришли к выводу, что каждый автор по-своему изображает интерьер и отводит ему свою роль в произведении.

Глава 1.

В основе стремления художника создавать произведения искусства лежит интерес к человеку. Но каждый человек – это и личность, характер, индивидуальность, и особая, только ему присущая внешность, и среда, в которой он существует, и его дом, и мир вещей, его окружающих, и ещё многое другое… Идя по жизни, человек взаимодействует с собой, с близкими и далекими для него людьми, со временем, с природой. И поэтому, создавая образ человека в искусстве, художник словно бы смотрит на него с разных сторон, воссоздавая и описывая его по-разному. В человеке художнику интересно всё – лицо и одежда, привычка и мысли, его жилище и место службы, его друзья и недруги, его отношения с миром людей и миром природы. В литературе такой интерес принимает особую художественную форму, и чем глубже мы можем изучить особенности этой формы, тем полнее откроется содержание образа человека в искусстве слова, тем ближе станет нам художник и его взгляд на человека.

В литературоведении различаются три вида художественных описаний: портрет, пейзаж и интерьер. Но подчеркнём, что и то, и другое, и третье главной задачей ставят именно изображение человека.

ИНТЕРЬЕР (фр. Interieur, внутренний) – в литературе: художественное описание внутреннего вида помещений. Интерьер показывает условия жизни персонажей и тем самым используется в основном для характеристики героев, играя важную роль в создании атмосферы, необходимой для воплощения авторского замысла. То есть интерьер в художественной структуре произведения играет роль косвенной характеристики героев, а также даёт возможность расширить и углубить представления читателя о событиях. Создавая интерьер жилища героя, писатель проникает в глубины души человека, ведь наше жилище – это овеществленная «модель» нашего внутреннего «я».

Но автору необязательно описывать то, что само собой разумеется для читателя, чаще он ограничивается отдельными деталями. Предполагается, что читатель сам может примерно представить себе обстановку. Но если в произведении описывается неизвестная (малоизвестная) читателю среда, другая историческая эпоха, интерьер может играть важную культурологическую роль. (Культурология – это наука о закономерностях существования и развития культуры, о взаимосвязях культуры и других областей человеческой деятельности). Интерьер может совмещать и две функции : описание условий, в которых живёт герой, и указание на его характер.

Психологическая функция интерьера может быть разнообразной. Естественно, человек старается окружить себя теми вещами, которые ему нравятся. Вспомним Собакевича. В то же время персонаж может не обращать внимания на окружающую его обстановку, как это делал Обломов. С помощью интерьера автор может показать важные изменения, которые произошли с героем за определённый промежуток художественного времени.

Если сопоставим два фрагмента, рисующие интерьер кабинета Онегина в Петербурге и через несколько лет в старой бывшей дядюшкиной усадьбе, то можем сделать вывод о том, что изменились духовные ценности Онегина, произошла эволюция его внутреннего мира. Но и интерьер может оказывать психологическое влияние на персонаж. Например, свою теорию Раскольников вынашивал, лёжа на диване в комнатке, похожей на шкаф, гроб.

Портрет и интерьер тесно связаны с таким аспектом поэтики литературного произведения, как художественная деталь, то есть небольшая подробность, становящаяся важнейшей чертой образа. Именно через деталь нередко и передаются основные характеристики персонажа. Как целое можно представить через его часть, множественное увидеть в единичном, так глубину образа как художественного единства можно передать посредством детали. Особое внимание интерьеру и художественной детали уделяется в произведениях Н.В. Гоголя и А.С. Пушкина.

Какова же роль интерьера в известных произведениях русской классической литературы?

Глава 2.

Интерьер в произведениях А.С. Пушкина.

Принято считать, что предметный мир пушкинской прозы беден. За редким исключением Пушкин обходится без описательного портрета, почти без интерьеров и без вещей – всё заменяет стремительность разворачивающихся событий. Но откуда тогда у читателя складывается довольно точное представление о мире, в котором живут и действуют пушкинские герои?

В начале XIX в. в жизнь людей вторгается большое количество вещей. Разнообразнее становится мебель, множество мелочей украшает быт и меняет не только внешний облик дома, но и внутренний мир человека, превращаясь в неотъемлемые детали его одежды, в черты его личности. Интерьер, при всей типологической общности, становится индивидуальным, т.е. структурно активным элементом культуры, формирующим личность человека, как сама эта личность формирует своё окружение. Пушкин использует описание интерьера как метод косвенного портрета, например, в повести «Выстрел». Прежде чем читатель познакомится с графом, героем повести, он вместе с рассказчиком попадает в его кабинет: «Обширный кабинет был убран со всевозможною роскошью; около стен стояли шкафы с книгами, и над каждым бронзовый бюст; над мраморным камином было широкое зеркало; пол обит был зелёным сукном и устлан коврами». Здесь все имеет значение: роскошь убранства, не характерная для деревенской простоты» помещичьих усадеб, изобилие книг, свидетельствующее не только об образованности, но и о богатстве владельца кабинета (у Онегина полка книг, но не шкафы), и присутствие бюстов – для современника нет необходимости их перечислять. Интерьер оказывается здесь элементов репрезентативного портрета, говорящим о герое столь полно, что описание внешности уже не имеет значения.

В повести «Капитанская дочка» А.С. Пушкин очень скупо, всего при помощи нескольких деталей рисует Белогорскую крепость, но в воображении читателя возникает достаточно ясное представление о захолустном гарнизоне, где предстоит служить Петру Андреевичу Гринёву. Интересно, что автор строит своё описание на контрасте: вместо воображаемых героем «грозных бастионов, башен и вала» он видит «деревушку, окружённую бревенчатым забором». А когда он въезжает на её территорию, то видит у ворот «старую чугунную пушку», «тесные и кривые улицы», «избы низкие и большей частью покрытые соломой». За описанием крепости представление о глубинной России конца 18 века, затерянные на её необъятных просторах скромных деревушках, в которых размещались небольшие военные гарнизоны. Вместе с тем данные «архитектурные» образы позволяют передать и состояние души героя: в бескрайней оренбургской степи, в деревенской глуши ему суждено проводить лучшие молодые годы.

Такая же немногословность свойственна и другим пушкинским описаниям зданий, крепостей (Оренбургской и Казанской) и интерьеров домов, но вместе они создают единую картину русской провинции, передают дыхание ее дремотной жизни, быта, «развороченного» восстанием Пугачева.

Особую роль играют в романе Пушкина интерьеры, и в первую очередь описание комнаты Маши, избы капитана Миронова, «дворца» Пугачева и царицы Екатерины. Примерами могут служить следующие эпизоды. Гринёв входит в комнату Маши, видит перерытую «постелю», разграбленный шкаф. Всё это вызывает в нём ужас. Разбросанные вещи говорят о том, что с хозяйкой «смиренной девической кельи» случилась беда.

В комнате Маши есть кивот, что характеризует её как безупречную христианку. Лампадка ещё теплится перед опустелым кивотом. Она когда-то освещала иконы, перед которыми девушка молилась. Лампадка раньше ярко освещала иконы, а теперь, когда кивот опустел , ей не на что проливать свет. Но она всё ещё теплится, оставляя надежду и веру в то, что с Машей в финале всё будет хорошо. Она будет счастлива.

В простенке комнаты сохранилось зеркальце. Для Гринёва это зеркальце тоже символ надежды.

Детали интерьера избы коменданта крепости являются лучшей иллюстрацией его жизни, нравов и уклада в семье. «В углу стоял шкаф с посудой; на стене висел диплом офицерский за стеклом и в рамке; около него красовались лубочные картинки… У окна сидела старушка в телогрейке и с платком на голове. Она разматывала нитки, которые держал, распялив на руках, кривой старичок в офицерском мундире». В этом интерьере все просто, трогательно, наивно, особенно офицерский диплом за стеклом в рамочке, которым, видимо очень дорожил Иван Кузьмич, дослужившийся честной многолетней службой до офицерского звания. Описание дома капитана Миронова удачно дополняет общую его характеристику, и у читателя складывается впечатление о нем как о прекрасном, добропорядочном человеке из народа, черты которого можно будет потом отыскать и в добрейшем Максиме Максимыче («Герой нашего времени»), и в отважнейшем, но очень скромном, тихом капитане Тушине («Война и мир»). Внутреннее убранство его дома создает представление о том народном укладе, в котором формировался особый национальный дух (Толстой позже его определит как «скрытую теплоту патриотизма»). рассмотрим, как через интерьер отражается внутреннее состояние героя. Дважды описывается в повести комната коменданта. В первом описании чистенькой комнатки автор иронично соединяет в интерьере шкаф с посудой и офицерский диплом, которым комендант очень дорожил и поэтому поместил под стекло. Таким приёмом автор определяет тесную связь быта и воинской профессии. Присутствие лубочных картинок «выбор невесты и погребение кота» тоже окрашено авторской иронией. Но среди настенных сюжетов есть и исторические: взятие Кистрина и Очакова. Они определяют патриархальный характер коменданта. Такой впервые увидел комнату коменданта Гринёв.

«Его сердце заныло», когда он попал в эту комнату после налёта Пугачёва. На стене висел тот же диплом, «как печальная эпитафия прошедшему времени», и теперь диплом навевает Гринёву грустное чувство, печаль. Комната всё та же, но хозяина нет в ней, а вместо него на диване сидит Пугачёв. М всё же вид давно знакомой комнаты даёт веру в благополучный исход. Чего нельзя сказать о «незнакомой комнате» и тюрьме, куда потом попал Гринёв. Он «лежал на кровати, в незнакомой горнице, и чувствовал большую слабость»; его отвели в тюрьму и «оставили одного в тесной и тёмной конурке, с одними голыми стенами и окошечком, загороженным железною решёткою». В незнакомой комнате всё неродное, поэтому Гринёв чувствует «большую слабость». В тюрьме на стенах нет ничего – ни географической карты, как дома, ни офицерского диплома, как в комнате коменданта. Голые стены и окошечко с решёткою делают каморку ещё теснее и мрачнее. Отсюда и подавленное состояние героя. Таким образом, интерьер напрямую связан с переживаниями героев, он отражает особенности их внутреннего мира.

«Все было как в обыкновенной избе»и во «дворце» мужицкого царя. Единственное отличие — стены, оклеенные золотой бумагой, что должно указывать на царское величие его хозяина.

Изба Пугачёва –пародия на дворец. Убогий интерьер говорит о представлениях мужиков о роскоши. Для того чтобы читатель воссоздал в воображении образ Пугачёва, используются мелкие бытовые детали интерьера, становящиеся неотъемлемой частью образа. Так, в тесной гостинице, куда пришли Пугачёв-вожатый и Гринёв, «на стене висела винтовка и высокая казацкая шапка». Автор, поместив эти предметы казачьей атрибутики на стену гостиницы, уже как будто подготавливает читателя к тому, что именно Пугачёв превратится в казачьего лжегосударя. Винтовка показывает его бунтарский характер, а шапка – его принадлежность к казачьему сословию, к людям вольным и с крутым нравом. Интерьер и портрет – средства характеристики героя, они раскрывают тщетность попыток Пугачёва сделаться царём: внешние «атрибуты власти» смешны, подчёркивают внутреннюю неуверенность «царя», несмотря на его актёрский дар.

Если в описаниях изб Пушкин очень внимателен к бытовым деталям, которые передают атмосферу простой и скромной жизни их обитателей, то в описании дворца царицы Екатерины эти подробности совершенно отсутствуют. Зато на его величие и парадность указывают «длинный ряд пустых, великолепных комнат» подчеркивающих официозность придворной жизни.

Очень многие зарисовки интерьера окрашены авторской иронией. Рассмотрим интерьер комнаты недоросля Гринёва. На стене висела географическая карта «безо всякого употребления и давно соблазняла… широтою и добротою бумаги». Эта карта должна была характеризовать хозяина комнаты как образованного или желающего получить образование человека. Таким и хотел видеть Гринёва его отец и специально заказал карту из Москвы. Но сын имеет полную свободу в действиях и «решился сделать из неё змей… прилаживал мочальный хвост к мысу Доброй Надежды». Слово «надежда», одно из ключевых в произведении, всё же сыграло свою роль, и Гринёв вырос хорошим и честным человеком, как того хотел отец. Пушкин иронично описывает и избу-дворец Пугачёва. Наивные мужики называют дворцом обычную избу. «Она освещена была двумя сальными свечами, а стены оклеены были золотою бумагою, впрочем, лавки, стол, рукомойник на верёвочке, полотенце на гвозде, ухват в углу и широкий шесток, уставленный горшками, — всё было, как в обыкновенной избе». В убранстве этой избы-дворца видна деревенская шальная «претензия на роскошь». Несмотря на это, мужики считают избу дворцом, а сидящего под образами Пугачева – царём.

Вывод: Подводя итог сказанному, можно отметить, что описание интерьера помогает читателю осуществить связь событий в повествовании, а также предугадать финал. Интерьер характеризует внутреннее состояние герое, их чувства и переживания, выражение которых в открытой форме не свойственно для Пушкина. Чтобы читатель воссоздал в воображении образ героя, используются мелкие вещевые детали, становящиеся неотъемлемой частью образа, своеобразной «меткой» персонажа. Многие зарисовки интерьера окрашены авторской иронией, при помощи неё Пушкин традиционно ведёт игру с читателем,, заставляя его не доверять каждому авторскому слову, а принимать активное участие в интерпретации текста. Из анализа повести «Капитанская дочка» следует, что в этом произведении описание интерьера помогает читателю понять глубокую связь событий в повествовании и даже предугадать финал. Интерьер своеобразным образом подготавливает читателя к последующим событиям. Вещевые детали интерьера, особенно часто повторяющиеся, косвенно характеризуют героев.

Интерьер в «Пиковой даме А.С.Пушкина играет роль сюжетной декорации: на его фоне разворачиваются события произведения. Описание обстановки начинается с комнаты старой графини, т.к. она – главная героиня произведения. Впервые она предстаёт перед нами именно в своей комнате: «Старя графиня сидела в своей уборной перед зеркалом». Автор подробно описывает предметы её туалета. Всё, что держат в руках девушки-служанки, одевая свою госпожу, говорит о том, что графиня-старуха ещё «в моде», следит за её изменениями, за тем, что происходит в свете. Она в свои восемьдесят лет ещё была неотъемлемой частью любого светского торжества, умела заставить уважать себя. Подробнее мы узнаём о комнате графини и о ней самой с приходом Германна в её покои. Он внимательно оглядывает комнату, ведь ему надо узнать графиню получше, чтобы выведать спасительную тайну. Время наложило свой отпечаток на интерьер спальни графини: «Перед кивотом, наполненным старинными образами, теплилась золотая лампада. Полинялые штофные кресла и диваны с пуховыми подушками, с сошедшей позолотою, стояли в печальной симметрии около стен, обитых китайскими обоями. На стене висели два портрета… По всем углам торчали фарфоровые пастушки, столовые часы…, коробочки, рулетки, веера и разные дамские игрушки…». Будто сама эпоха 18 века застыла перед нашими глазами. Графиня посещала современные балы, но будто жила в минувшей эпохе. Но обилие дамских безделушек и её манера прихорашиваться свидетельствуют о том, что графиня не только умирающая старуха, она – пожилая госпожа, светская женщина. До этого момента образ графини через интерьер её комнаты характеризовался как образ светской madam. Но в описании её покоев существует ещё одна важная деталь – кивот со старинными образами. Причём кивот наполнен иконами. Это говорит о том, что светская дама – глубоко верующая женщина, а возможно, с помощью молитв она хочет получить прощение каких-то грехов. Может быть, графиня считала себя виноватой в трагической судьбе Чаплицкого. И надеялась вымолить прощение у Бога. В повести представлен и образ воспитанницы графини, Лизаветы Ивановны. Раскрытие характеров этих двух героинь построено на антитезе. И сопоставляя интерьеры их комнат, мы видим различия в их характерах. «Сколько раз, оставя тихонько скучную и пышную гостиную, она уходила плакать в бедной своей комнате, где стояли ширмы, оклеенные обоями, комод, зеркальце и крашеная кровать и где сальная свеча темно горела в медном шандале». Как видим, ширмы в комнате воспитанницы просто оклеены обоями, а стены в покоях графини обиты китайскими обоями, которые представляли собой дорогую шёлковую ткань. У Лизы крашеная кровать, у графини – штофные диваны и кресла; у Лизы – сальная свеча в медном шандале, у графини – золотая лампада.. Автор намеренно противопоставляет эти детали, чтобы показать незначительность Лизаветы Ивановны в жизни. Повествователь обобщает: «В самом деле, Лизавета Ивановна была пренесчастнейшее создание».

В повести, кроме комнат графини и её воспитанницы, есть описание самого дома графини как внутри, так и снаружи. С улицы – это «дом старинной архитектуры» с освещённым подъездом, у которого всё время стоят экипажи и к которому друг за другом направляются кареты. Это ещё раз подтверждает, что графиня – светская дама, она принимает у себя богатых людей.

О расположении комнат в доме можно узнать из письма Лизаветы Ивановны Герману. Письмо напоминает план-карту, а дом графини – лабиринт, который предстоит пройти Герману в поисках счастья. Графиня никогда не входит в кабинет, значит, она никогда не занималась ничем иным, кроме посещения балов и салонов. А в комнату Лизаветы Ивановны ведёт «узенькая винтовая лестница», которые обычно ведут в какую-нибудь каморку или мастерскую. Именно такой каморкой и выглядит комнатабедной воспитанницы.

В доме графини, куда проникнул Герман, было темно и холодно. «Зала и гостиная были темны…», «…пробило двенадцать…Герман стоял, прислонившись к холодной печке…», «…свечи вынесли, комната опять осветилась одною лампадою». Темнота и холод не предвещают ничего хорошего. Так оно и будет. Умрёт графиня, смерть которой навсегда останется на совести жестокого Германа…Его душевный холод как бы подтверждается холодом печки в заброшенном кабинете графини. Герман – бесчувственный человек. «Он спокойно проходит через комнату, где лежит тело мёртвой старухи, ставшее уже своеобразной частью интерьера» (И.Пудовкина. Интерьер как сюжетная декорация в «Пиковой Даме» А.С.Пушкина. Литература. №41, 1999.) и находит выход из дома. «На его лице не дрогнул ни один мускул, когда он думал о мёртвой графине. Единственная мысль занимала его – тайна трёх карт умерла» (там же). Герман был страшным человеком, и его постигла страшная судьба – он сошёл с ума.

Пушкин не использует прямой психологизм при разкрытии образов героев, и интерьер, являясь косвенной характеристикой персонажей, помогает глубже раскрыть образ, понять скрытые мотивы поступков героя.

Штофные — из штофа, тяжёлой шёлковой ткани.

Кио́т, киво́т,— особый украшенный шкафчик (часто створчатый) или застеклённая полка для икон.

Бельведер (от итал.. belvedere — «прекрасный вид») — легкая постройка (вышка, надстройка над зданием (часто круглая в плане) или небольшая отдельная постройка) на возвышенном месте, позволяющая обозревать окрестности[.

Шандал – подсвечник.

Глава 3.



Описание интерьера в произведениях Н. В Гоголя.

Нередко описание внешнего вида дома, его интерьера играет в произведении важнейшую характерологическую роль, является способом косвенной характеристики, как героев, так и среды. Имеются произведения, в которых авторы настойчиво обращаются к этому способу типизации. Показательной в этом плане является поэма Н.В. Гоголя «Мертвые души», в ней архитектурный элемент — непременный атрибут всех авторских описаний — от усадеб помещиков до губернского города в целом. У каждого из дущевладельцев, к которым совершает свое путешествие Чичиков, дом в индивидуальном вкусе, подчеркивающий главные черты его хозяина.

Интерьер в комнате Манилова дан глазами не только автора, но и Чичикова. Он, тонкий психолог, делает выводы о характере Манилова по обстановке комнат: в доме «чего-нибудь вечно недоставало: в гостиной стояла прекрасная мебель, обтянутая щегольской шёлковой материей, которая, верно, стоила весьма недёшево; но на два кресла её недостало, и кресла стояли обтянутые просто рогожею… В иной комнате и вовсе не было мебели…Ввечеру подавался на стол щегольской подсвечник из тёмной бронзы с тремя античными грациями, с перламутным щегольским щитом, и рядом с ним ставился какой-то просто медный инвалид, хромой, свернувшийся на сторону и весь в сале». Сочетание предметов и материалов причудливо и алогично: щегольской шёлк – просто рогожа, тёмная бронза – просто медь, щегольской подсвечник – инвалид хромой. Раздробленность интерьера обесценивает его качества. И сам хозяин, Манилов, под стать своим вещам. Во всех предметах чувствуется какая-то ущербность, неполноценность. И Манилов такой. Его эти вещи воспитали, и его не хватает на то, чтобы что-то изменить. Не хватает души. Ведь в обустройство жилища человек вкладывает душу, значит, душа Манилова такая же неполноценная, пустая, как и его комната. И было где вырасти той приторности и слащавости, которой щедро наделил Гоголь Манилова: «Комната была, точно, не без приятности: стены были выкрашены какой-то голубенькой краской вроде серенькой, четыре стула, одно кресло, стол… несколько исписанных бумаг, но больше всего было табаку». Размытые, нечёткие цвета очень точно характеризуют отсутствие индивидуальности у Манилова. Такая среда взрастила неопределённого человека. «Но, быть может, самый выразительный символ – горки золы, которую Манилов выбивал из трубки и аккуратными рядками расставлял на подоконнике; единственное доступное ему художество»

Единственная комната Коробочки, кроме гостиной, куда заходит Чичиков, была «обвешана старенькими полосатыми обоями; картины с какими-то птицами; между окон старинные маленькие зеркала с тёмными рамками в виде свернувшихся листьев» Обычная деревенская обстановка, но чувствуется пренебрежение автора к Коробочке. В её покоях стены не обиты, не оклеены, а именно обвешаны обоями, что создаёт впечатление неряшливости. Предприимчивая помещица держала за зеркалом не только письма, но и целую колоду карт и даже чулок. Интимный предмет, выставленный на всеобщее обозрение, демонстрирует утрату героиней женского начала, она превращается в «коробочку», оправдывая свою фамилию и подчиняясь ей.

Кабинет Ноздрёва и на кабинет-то не похож. От настоящего кабинета здесь не осталось ни книг, ни даже бумаг, только сабли да ружья, ценные не своей древностью или художественным исполнением, а заплаченными за них деньгами. Это говорит о том, что их хозяин в денежном эквиваленте судит как о вещах, так и о людях. Это человек хвастун, он никогда и в руках-то не держал этих ружей, не его это дело – охота. И к кинжалам турецким не имеет отношения. Ноздрёва разоблачает надпись, сделанная на одном из кинжалов по ошибке: «Мастер Савелий Сибиряков». А при виде его чудо-шарманки из красного дерева, не знаешь, смеяться над хозяином или плакать. Потом , как бы невзначай показались трубки, чубук с янтарным мундштуком, «вышитый какой-то княгинею». Всё по мелочи собрано в кабинете Ноздрёва, и от этого он сам стал мелочным. Обиталище «лихого помещика», кутилы и авантюриста, напоминает больше трактир, чем дом дворянина.

В гостиной Собакевича Чичиков, садясь в кресла, взглянул на стены и на висевши картины, на которых были изображены молодцы, греческие полководцы во весь рост, Багратион, греческая героиня… «Хозяин, будучи сам человек здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и здоровые… Всё было прочно, неуклюже в высочайшей степени и имело какое-то странное сходство с самим хозяином дома; в углу гостиной стояло пузатое ореховое бюро на пренелепых четырёх ногах, совершенный медведь. Стол, кресла, стулья – всё было самого тяжёлого и беспокойного свойства».

Очень странным было жилище Плюшкина. «Каким-то дряхлым инвалидом глядел сей странный замок, длинный, длинный непомерно. Местами был он в один этаж, местами в два; на тёмной крыше… торчали два бельведера, один против другого, оба уже пошатнувшиеся, лишённые когда-то покрывавшей их краски». Так и человек, живущий здесь, пострадал от ударов судьбы и отношения к нему семьи. В доме было много окон, но только два открыты, другие забиты досками. Но даже эти два окна были, по словам Гоголя, «подслеповаты». «Трогательный треугольник синей сахарной бумаги, словно заменявший Плюшкину небо на одном из «зрячих» окон, узкая полоска света, выходившая из щели под дверью в комнату, кусочки перламутра на бюро, тоненькие бронзовые полоски на картинной раме – «просверки» в душе самого Плюшкина, как и блеснувшая искра в его глазах, представляют собой маленький намёк на остатки человечности в душе этой «прорехи на человечестве».

Следует заметить, что характерная деталь в описании интерьера домов помещиков и образа их жизни — куча. У Манилова куча — символ его пустых мечтаний; жизнь сгорает бесполезно, остается только зола. «Куча» Коробочки — знаменитый ее комод, в котором в «пестрядевых мешочках» среди «белья да ночных кофточек, да нитяных моточков, да распоротого салопа» она прячет денежки. Комод, со всем имеющемся в нем хламом, и жадное, бесполезное накопительство денег как нельзя лучше символизирует «дубиноголовую помещицу», ищущую во всем копеечную выгоду. «Куча» Ноздрева — его сабли, ружья, турецкие кинжалы, шарманка, трубки, чубуки, карты, набор вин, псарня, обед, который готовил его повар, руководствуясь «каким-то вдохновением», кладя в приготовляемое все, что попадется под руку. Весь этот сумбур указывает на «кучу талантов» героя, человека с бойким, неуемным характером, в котором намешано столько всего безо всякого чувства меры. «Куча» Собакевича — «тяжелого и беспокойного свойства» мебель кабинета, лукулловы обеды, с бараньим желудком, «начиненным гречневой кашей, мозгом и ножками», «индюком с ростом в теленка, набитым всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем, что все ложилось комом в желудке». Но самая знаменитая «куча» в кабинете Плюшкина, являющаяся своего рода эмблематикой мира «Мертвых душ», в котором жизнь погрязла, запуталась в «потрясающей тине мелочей».

Как видим, детали интерьера комнат героев дополняют представление о самих персонажах. Но при помощи описаний интерьера дома Гоголь не только представляет читателю своих героев. Иногда вещи, как, например, в доме Собакевича, становятся двойниками их владельцев. А в некоторых случаях интерьер не только представляет читателю бытовую среду и героев произведения, но и приобретает характер широкого философского звучания

Обращается автор к архитектуре и для описания быта, а через него и бытия, нравов губернского города. Причем, эти описания «полусмешные, полусерьезные», что создает особый комический эффект в соответствии с авторским способом изображения действительности — «смеха сквозь слезы».

Это чувствуется уже в первом таком описании — представлении номера Чичикова, «покоя» в губернской гостинице с «тараканами, выглядывающими, как чернослив, из всех углов», а также экстерьера гостиницы в целом, отвечающей, по словам автора, вполне ее «внутренности». Все здесь говорит об отсутствии вкуса, халатности хозяев, неуютности: и непомерная длина гостиницы, напоминающей казарму, и неоштукатуренные «грязноватые кирпичики» нижнего ее этажа, и наводящая тоску «вечная желтая краска».

Дополняет картину опереточный сбитенщик у самовара «из красной меди и лицом таким же красным, как самовар».

Изрядную долю сарказма приобретает смех Гоголя при описании «экстерьера и интерьера» губернского города. Дома однообразные «в один , два и полтора этажа, с вечным мезонином», которые местами «казались затерянными среди широкой, как поле, улицы и нескончаемых деревянных заборов». Особенно много безвкусицы и пошлости в нелепых вывесках, «украшавших» магазины и дома. «Приукрашенная» природа в городе, в отличие от полудикого, «неистового сада» Плюшкина, чахнет и умирает, не случайно автор, рассказывая о губернском саде, указывает не на зелень деревьев, а зеленую краску подпорок к ним. Получается, что неживое дерево и живое как бы поменялись местами.

Авторская ирония сменяет сарказм и при описании дома присутственных мест: «большой трехэтажный каменный дом, весь белый, как мел, вероятно для изображения чистоты и душ помещавшихся в нем должностей». Здесь Гоголь вновь обращается к излюбленному приему травестирования античности: председатель палаты присутственных мест, по своему желанию продлевающий или удлиняющий присутствие, уподобляется Зевсу, «длившему дни и насылавшему быстрые ночи», «канцелярские крысы», — жрецам Фемиды. Причем Фемида здесь представлена, по словам самого создателя поэмы, «в неглиже и халате»: «Ни в коридорах, ни в комнатах взор их (Чичикова и Манилова. — Уточнение мое. — В.Д.) не был поражен чистотою. Тогда еще не заботились о ней, и то, что было грязно, так и оставалось грязным, не принимая привлекательной наружности».

Едкий смех Гоголя создается при помощи приемов аллюзии, карикатуры, шаржирования, пародирования. Вместо портретов чиновников читатель видит «наклонившиеся головы, широкие затылки, фраки, сертуки губернского покроя и даже просто какую-то светло-серую куртку .., которая, своротив голову набок и положив ее почти на серую бумагу выписывала бойко и замашисто какой-нибудь протокол».

Совсем иной характер использования образов архитектуры и интерьера во втором томе «Мертвых душ». Здесь меняется пафос повествования и его топос. В описаниях пейзажей, в особенности вида, который открывается с балкона дома Тентетникова, появляется невиданный простор и свобода, а с ними — ощущение полета и восторга. Сам автор не сдерживается и от лица некого условного персонажа — «гостя», который мог очутиться в этих местах, произносит: «Господи, как здесь просторно!». В описании дворянских усадеб, лирических пейзажей Гоголь здесь уже выступает как прямой предшественник Тургенева; за поэтическими описаниями — обобщенный образ родины, России.

Архитектурные описания органично входят в пейзажные, создавая ощущение единства природного и человеческого бытия, поэзии «дворянских гнезд», которая не могла быть изображена в условиях «ада» первого тома, пошлой среды и осколочности, раздробленности целостной картины жизни. Показательно, что пейзаж, плавно переходящий в описание усадьбы Тентетникова увенчивается изображением церкви с золочеными крестами, как бы подчеркивая устремленность земного бытия к небу, Богу: «И над всем этим собраньем дерев и крыш возносилась свыше всего своими пятью позлащенными, играющими верхушками старинная деревенская церковь. На всех ее главах стояли золотые прорезные кресты, утвержденные золотыми прорезными же цепями, так что издали казалось — висело на воздухе ничем не поддержанное, сверкавшее горячими червонцами золото».

Отличительная особенность второго тома «Мертвых душ» — новый способ организации пространства. Природа и творимая человеком «вторая природа» — архитектура — составляют единство, в основе которого порядок, чувство меры и целесоообразность. В первую очередь это чувствуется при описании усадеб генерала Бетрищева и Костанжогло. Каждое из описаний подчеркивает характерную особенность хозяина. «Кудряво богатый фронтон генеральского дома, опиравшийся на восемь коринфских колонн» и «двор чистый, подобен паркету» соответствуют величественности и торжественности всей фигуры и поведения «картиннного генерала, которыми так богат был знаменитый двенадцатый год». Деревня Костанжогло не случайно сравнивается с городом, так живописно и богато «высыпалась она множеством изб на трех возвышениях, увенчанных тремя исполинскими скирдами и кладями» (VII, 58). Во всем чувствуется стремление к порядку, добротности и рачительности самого владельца усадьбы. Подобная добротность и хозяйственность были и в имении Собакевича, но там совершенно отсутствовал вкус и красота, без чего не может быть одухотворенности жизни.

Эти две категории эстетического и этического, полезного в центре диалога между Чичиковым и Костанжогло в IV главе второго тома. Последний, иронизируя над чичиковским пониманием красоты, замечает, что красота не существует сама по себе, она всегда целесообразна и в человеческой деятельности определяется «надобностью и вкусом». В этой связи он приводит пример из области градостроительства: «…лучшие и красивее до сих пор города, которые сами построились, где каждый строился по своим надобностям и вкусам. А те, которые выстроились по шнурку, — казармы казармами…».

Эта мысль о целесообразности красоты, необходимости соединения красоты и пользы наиболее полно раскрывается именно в описании имения и всей деятельности Костанжогло. Те же, кто отрывает одно от другого, как, например, Хлобуев, предстают перед читателем как пустые прожектеры, объясняющие свои неудачи особой ментальностью русского человека. Образованный, не лишенный «познанья людей и света» Хлобуев тем не менее довел свое имение до разорения, так как в нем отсутствовал здравый, практический ум и желание трудиться. Все его хозяйство — «смешение нищеты с блестящими безделушками» (VII, 84). Несмотря на то, что все дома крестьян были «заплата на заплате», в его доме многое поражало «поздней роскошью: «Какой-то Шекспир сидел на чернильнице; на столе лежала щегольская ручка слоновой кости для почесывания себе самому спины».



Духовный сон, бездействие героев Гоголь ярче всего показывает через описание обстановки. Так, Тентетников, впав в душевную апатию, скуку, запустил свой дом: «В доме завелась гадость и беспорядок. Половая щетка оставалась по целому дню посреди комнаты вместе с сором. Панталоны заходили даже в гостиную. На щеголеватом столе перед диваном лежали засаленные подтяжки, точно какое угощенье гостю, и до того стала ничтожной и сонной его жизнь, что не только перестали уважать его дворовые люди, но чуть не клевали домашние куры». Нельзя не заметить, как много в приведенном нами фрагменте поэмы общего с описанием обстановки квартиры Обломова на Гороховой.

Но стоило приехать к Тентетникову деятельному Чичикову, возродить в нем надежду на счастье, как все в доме преобразилось: «Половина его, дотоле пребывавшая в слепоте, с заколоченными ставнями, вдруг прозрела и озарилась. … Все приняло вид чистоты и опрятности необыкновенной. Нигде ни бумажки, ни перышка, ни соринки». Гоголь не случайно называл себя бытописателем. Быт он возводил до уровня Бытия как способа и образа жизни человека. Ничто в России не требовало (и не требует сегодня) столько ежедневного труда, даже богатырства, как преобразование нашего заскорузлого быта, разумного, хозяйственного обустройства «экстерьера и интерьера» наших городов и деревень, усадеб и домов в соответствии с эстетическими и этическими нормами жизни. И эта мысль настойчиво проходит через все сохранившиеся главы второго тома.

Заключение

Значение интерьера в произведениях русской литературы

Есть одна известная пословица: «Человека встречают по одежке, а провожают по уму». Очень часто не только одежда, но и само жилище характеризует героя литературного произведения, знакомит нас с ним еще до первых сказанных героем слов. Обстановка в комнате героя помогает нам больше и глубже понять его образ, разгадать некоторые черты его характера еще до начала тех событий, в которых этот характер проявится.

Этот литературный прием писатели взяли из жизни. Ведь действительно, вы можете много узнать о характере человека, просто побывав в его комнате. Вы можете понять, какие цвета любит этот человек, ценит ли он порядок, или разбрасывает свои вещи, где попало, можете догадаться, чем увлекается человек, какие книги читает… Мир человека можно увидеть во всем, что его окружает — в его вещах, книгах, одежде, друзьях. И, конечно, в интерьере.

Также интерьер может не только характеризовать героя в тот момент, когда читатель встречается с ним в первый раз, но и подчеркивать наиболее важные черты его характера, проводить интересные параллели.

Вспомните описание интерьера Собакевича: Садясь, Чичиков взглянул на стены и на висевшие на них картины. На картинах все были молодцы, все греческие полководцы, гравированные во весь рост: Маврокордато в красных панталонах и мундире, с очками на носу, Миаули, Канами. Все эти герои были с такими толстыми ляжками и неслыханными усами, что дрожь проходила по телу. Между крепкими греками, неизвестно каким образом и для чего, поместился Багратион, тощий, худенький, с маленькими знаменами и пушками внизу и в самых узеньких рамках. Потом опять следовала героиня греческая Бобелина, которой одна нога казалась больше всего туловища тех щеголей, которые наполняют нынешние гостиные. Хозяин, будучи сам человек здоровый и крепкий, казалось, хотел, чтобы и комнату его украшали тоже люди крепкие и здоровые. Возле Бобелины, у самого окна, висела клетка, из которой глядел дрозд темного цвета с белыми крапинками, очень похожий тоже на Собакевича.

Чичиков еще раз окинул комнату, и все, что в ней ни было, — все было прочно, неуклюже в высочайшей степени и имело какое-то странное сходство с самим хозяином дома; в углу гостиной стояло пузатое ореховое бюро на пренелепых четырех ногах, совершенный медведь. Стол, кресла, стулья — все было самого тяжелого и беспокойного свойства, — словом, каждый предмет, каждый стул, казалось, говорил: «И я тоже

Собакевич!» или: «И я тоже очень похож на Собакевича!»

Мы убедились, что интерьер играет не последнюю роль в характеристике героев. Конечно, он не дает полного описания, а только дополняет его, но иногда только с помощью уточнений можно полностью понять суть героя, его внутренний мир, стремления.

Литература.

Буслакова Т.П. Русская литература XIX века. (Гоголь Н.В. «Мёртвые души»).М.,»ЧеРо», 2006.

Григорай И.В., Панченко Т.Ф., Лелаус В.В. Учение о художественном произведении. Владивосток: Изд-во Дальневосточного университета, 2000.

Хрестоматия по литературной критике для школьников и абитуриентов/ Составление, комментарии Л.А. Сугай. М.: Рипол-классик, 2000.

Горшков А.И. Русская словесность: От слова к словесности. Учебное пособие для учащихся 10-11-х классов общеобразовательных учреждений. М.: Просвещение, 1997.

Добин Е. Искусство детали. М.: Советский писатель, 1981.

Ивинский Д.П. К гоголевской типологии характеров. (Галерея помещиков в первом томе «Мёртвых душ»). «Русская словесность», № 6, 1997.

Литературный энциклопедический cловарь/ Под ред. М.В. Кжевникова, П.А. Николаева. М.: Советская энциклопедия, 1987.

Пудовкина И.. Интерьер как сюжетная декорация в «Пиковой Даме» А.С. Пушкина. «Литература», № 41, 1999.

Н. Рубанова. Роль интерьера в романе А.С. Пушкина «Капитанская дочка». «Литература», № 21, 1999.

Русская литература XIX-XX веков. Том 1. Издательство Московского университета. 2006.

Турьянская Б.И., Гороховская Л.Н. Русская литература XIX века. М., «Русское слово». 2007.








sitemap
sitemap