Исследовательская работа по теме Роль детали в романе И С Тургенева Отцы и дети



Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение

Егорлыкская средняя общеобразовательная школа № 1

«Кафедра русского языка и литературы»

Исследовательская работа

тема: «Роль детали в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети».

Автор работы:

Терещенко Ольга Владимировна, 10 В класс.

Руководитель:

Мирошкина Тамара Алексеевна.

Научный руководитель:

Мирошкина Тамара Алексеевна, учитель.

ст. Егорлыкская

2013 г.

Оглавление

Введение3

Глава 1. Разновидности детали в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети»6

1.1. Растительные детали6

1.2. Зоологические детали6

1.2. Мифологические детали8

1.4. Библейские детали, мотивы, образы9

1.5. Портретные детали10

1.6. Бытовые детали11

Глава 2. Особенности психологизма романа И. С. Тургенева «Отцы и дети»12

2.1. Психологические детали-ремарки в диалогах12

2.2. Роль явных и скрытых деталей-ремарок в опровержении заблуждений Базарова12

Заключение15

Список литературы16

Приложение17

Введение

Художественное произведение приобретает необходимую смысловую полноту только благодаря его соотнесенности и взаимодействию с другими в общем пространстве культуры. По мнению Р. Барта, «каждый текст является интертекстом; другие тексты присутствуют в нем на разных уровнях в более или менее узнаваемых формах». Благодаря интерсвязям текст одновременно выступает и как «конденсатор культурной памяти», и как «генератор новых смыслов», которые возникают в результате диалога с литературной традицией, новых комбинаций уже известных в истории культуры элементов.

Отношение автора к героям и окружающему миру, его мысли и чувства выражаются через подбор определенных художественных деталей. Детали являются мельчайшими единицами, несущими значительную идейно-эмоциональную нагрузку. Выразительная, счастливо найденная деталь — свидетельство мастерства писателя.

Справедливо обращая внимание на ее большое смысловое и эстетическое значение, В. В. Набоков писал: «Читая книгу, следует, прежде всего, замечать детали и наслаждаться ими». Некоторые художественные детали становятся многозначными символами, имеющими психологический, социальный и философский смысл. Если учесть эти особенности, то известные произведения русской классики вдруг начинают приобретать новый, особенный смысл. Все это позволяет говорить об огромной роли детали в художественном мире писателя.

Слово «деталь» как научный термин литературоведения и как изобразительное средство, заслуживающее внимание ученых, было упомянуто еще В. Г. Белинским (Белинский В. Г. Полн. собр. соч. Т. XII. — М.: Госиздат, 1926. – 382 с.). Однако должным образом о детали заговорили только в ХХ столетии. Определение детали как одного из средств изобразительного искусства и суждения о ее разновидностях впервые появились в книге Г. Н. Поспелова «Теория литературы» (Поспелов Г. Н. Теория литературы. — М.: Высшая школа, 1978. – 67 с.), из которой выясняется, что слово «detail», будучи французского происхождения, обозначает «часть, частицу, долю, подробность, мелкую часть мелочи» и в качестве художественного средства выполняет важные функции в литературном произведении.

А. И. Горшков в книге «Русская словесность» (Горшков А. И. Русская словесность. — М.: Просвещение, 1995. — 245-246 с.) определяет деталь следующим образом: «Деталь (франц. detail – подробность, деталь) – это художественная подробность, которая призвана представить изображаемый характер, картину, действие, переживание в их своеобразии, неповторимости. Деталь – что очень важно – может заключать в себе большую смысловую и эмоциональную информацию. Показательно суждение о деталях писателя С. Антонова: «В конечном счете ценность детали не в богатстве ассоциаций, не в длине цепи представлений и образов. Ведь вся эта цепь, если бы она была выписана автором, служила бы только средством для того, чтобы воссоздать в душе читателя то же самое ощущение, которое испытывает автор».

У Л. И. Тимофеева, С. В. Тураева в «Кратком словаре литературоведческих терминов» (Тимофеев Л. И., Тураев С. В. Краткий словарь литературоведческих терминов. — М.: Просвещение, 1978. – 38 с.) читаем: «Деталь художественная – одно из средств создания художественного образа, которое помогает представить изображаемую автором картину, предмет или характер в неповторимой индивидуальности».

Учебная хрестоматия для школ и классов с углубленным изучением литературы, гимназий и лицеев (Ладыгин М. Б., Нефедова Н. А., Тренина Т. Г. Учебная хрестоматия для школ и классов с углубленным изучением литературы, гимназий и лицеев. — М.: Дрофа, 2000. – 45 с.) трактует это понятие так: «Деталь художественная – выразительная подробность, характерная черта какого-нибудь предмета, части быта, пейзажа или интерьера, несущая повышенную эмоциональную и содержательную нагрузку, характеризующую не только весь предмет, частью которого она является, но и определяющая отношение читателя к происходящему».

В литературном справочнике (Надозирная Т. В., Скубачевская Л. А. Литературный справочник. — М.: Эксмо, 2009. – 158 с.) деталь – это выразительная подробность, с помощью которой создается художественный образ. Деталь помогает представить изображаемую автором картину, предмет или характер в неповторимой индивидуальности. Она может воспроизводить черты внешности, одежды, обстановки, переживания или поступка».

Исследуя особенности функционирования художественной детали, литературоведы сходятся во мнении о важности ее в художественном тексте. Так, М. А. Щеглов в работе «Верность деталей» говорит, что «художественная деталь имеет идейный, психологический, эстетический вес в произведении» (Щеглов М. А. Верность деталей. — М.: Просвещение, 1985. – 86 с.). И. Б. Роднянская пишет, что «художественная деталь» необходима, чтобы «читатель держался начеку». Ю. Б. Борев подчеркивает, что «благодаря художественной детали в тексте возникает возможность усмотрения дополнительного смысла».

Таким образом, деталь рассматривается учеными как художественное средство, способствующее построению различных смыслов произведения.

Признанным мастером детали был А. П. Чехов. Но в русской классической литературе нет ни одного писателя, который так или иначе не использовал бы в своих произведениях деталь. В этом ряду особое место принадлежит И. С. Тургеневу.



Художественная проза И. С. Тургенева всегда была и остается объектом пристального исследования. Этот непреходящий интерес к творчеству писателя обусловлен как огромным влиянием на нравственный и умственный уровень общества, который отмечали еще его современники, так и художественным совершенством его произведений. Именно этим и определяется актуальность темы исследования, ее научная и практическая значимость.

Целью данной работы является выявление роли детали в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети».

Задачи исследования:

1) изучение литературы по данной теме;

2) систематизация и анализ художественных деталей, использованных в произведении;

3) углубление знаний о художественном мире писателя.

В работе использованы методы систематизации, эксперимента, моделирования.

Глава 1. Разновидности детали в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети»

Растительные детали

Не случайно роман о естествоиспытателе насыщен «природными» деталями. Для Базарова «люди, что деревья в лесу». У Тургенева между деревьями заметна существенная разница. Они отражают иерархию персонажей романа. Мотив дерева в русской литературе наделен разнообразными функциями. Иерархическая характеристика деревьев и персонажей в романе Тургенева опирается скорее не на мифологическую символику, а на непосредственную ассоциативность.

Афоризмом стали слова Базарова о том, что «ни один ботаник не станет заниматься каждой березой отдельно». И говорил это Базаров, сравнивая березы с людьми. Его собственная жизнь убедила его в обратном. Он встретил такую необычную, немного таинственную женщину, как Одинцова, и полюбил ее, хотя до встречи с ней презрительно отзывался о женщинах, говорил, что «свободно мыслят между женщинами только уроды». А ведь береза, с которой он сравнивал людей, — дерево, отдающее энергию, в отличие от осины.

Видно, что любимое дерево Базарова – осина. Сфинксовая бездна предстает перед Базаровым в виде «ямы, оставшейся от кирпичного сарая» и вместе со зловещим деревом осиной, означающей могилу, смерть. Невеселые предчувствия, в которых Базаров боится сознаться, томят его. «Яма», «узенькое местечко», «лопух расти будет» — это не что иное, как перифразы могилы. Базаров не просто охвачен предчувствиями, он, еще не так давно отрицавший «загадочный взгляд», «таинственные отношения» и роковую любовь, рассуждает теперь о талисманах.

Осина считается проклятым деревом у многих народов. На ней вешали преступников, осиновый кол забивали в могилу так называемых «нечистых». По некоторым версиям, из осины был изготовлен крест Христа, его бичевали осиновыми прутьями, на осине удавился Иуда. Дрожание листьев осины даже в безветренную погоду объясняли плясками нечистой силы под корнями этого дерева. Если учесть, что смерть Базарова – в известной степени самоубийство от несчастной любви, то его «преданность» осине и яме приобретает трагический смысл.

Зоологические детали

Детализация мира природы в романе касается птиц и животных. У Тургенева нет «птиц вообще»: орел, голубь и, допустим, перепелка, наделены своим неповторимым «обликом» и «характером», а значит, и своим метафорическим значением. У древних славян птица была символом семьи. Недаром до наших дней бытуют выражения «семейное гнездо», «устраивать свое гнездышко», «свить гнездо» и т. п. Но птица эта, конечно, домашняя и не отличающаяся тягой к высокому полету. Характеризуя тихую семейную жизнь Николая Петровича, Тургенев упоминает, что его жена «сажала цветы и наблюдала за птичьим двором». В первых сценах романа Николай Петрович появляется в обществе своего слуги и… «крупного пестрого цыпленка», а потом «толстого сизого голубя». Скрытое сравнение стоит целых страниц описаний: впоследствии читатель узнает о «голубиной простоте» и домовитости Николая Петровича, пытающегося со всеми поддерживать хорошие отношения и всецело занятого хлопотами по имению. Такова и непритязательная Фенечка, повторяющая покойную жену Николая Петровича. Это видно уже из того, что у нее в комнате висит «клетка с короткохвостым чижом» и пахнет цветами – ромашкой и мелиссой. «Короткохвостый чиж» ассоциируется с Николаем Петровичем.

Под стать ему и сын Аркадий. У Базарова Аркадий сравнивается с галкой, с которой Евгений советует брать пример своему другу: «Разве ты так плох в естественной истории или забыл, что галка самая почтенная, семейная птица? Тебе пример!». «Птенец этот!.. Он теперь в галки попал», — комментирует Базаров помолвку Аркадия с Катей. В авторской речи Аркадий сопоставляется с зябликом. Исповедь Аркадия перед Катей («Я теперь уже не тот заносчивый мальчик») сопровождается «аккомпанементом» зяблика («А зяблик над ним в листве березы беззаботно распевал свою песенку»). Не случайно упоминание и о «семейке воробьев» с их «трусливою дерзостью», созерцание которых, возможно, наводит Катю на мысль о «хищности» Базарова: «Он хищный, а мы с вами ручные». «Перепелкой назван у Тургенева Ситников; возможно, по ассоциации с приставкой «пере-», ведь здесь он переменчив в своем жалком подражании. «Собрание» мелких птичек дополнит Арина Власьевна, мать Базарова, сравниваемая своим мужем с «куропатицей».

«Птичьи» символы-метафоры находят свое отражение и в способе характеристики двух идейных антагонистов романа – Базарова и Павла Кирсанова. Разителен контраст в выборе сравнений. Ни воробей, ни галка, ни чиж, ни зяблик не подходят для характеристики Базарова и Павла Петровича.

Разговор Евгения с Аркадием о тщете человеческого существования: природный фон здесь соответствующий – «солнце жгло», «где-то высоко в верхушке деревьев звенел плаксивым призывом неумолчный писк молодого ястребка». Базаровская тоска – это тоска одинокого «ястребка». С соколом сравнивает своего сына «куропатица» Арина Власьевна: «Он, что сокол: захотел – прилетел, захотел – улетел…». А вот в чем-то сходно сравнение с гордой птицей Павла Петровича, пришедшее на мысль Николаю Кирсанову. «У тебя орлиный взгляд», — говорил Николай Петрович брату.

Итак, молодой нигилист и его идейный противник из стана «отцов» характеризуются сравнением с царственными и хищными птицами. И эти одинаковые по смыслу сравнения и метафоры приложены к таким, казалось бы, совершенно разным по мировоззрению и происхождению людям, как аристократ Кирсанов и демократ Базаров. А почему Базаров не сравнивается с орлом? Здесь возможен ответ, уводящий нас в глубину народных мифопоэтических представлений: орел часто выступает в них как символ отца.

Аркадий именует Павла Петровича «львом» («Ведь он львом был в свое время… голову кружил женщинам»), и в контексте всего романа это является важнейшей характеристикой масштаба личности Павла Петровича. Светская львица княгиня Р. в этом смысле характеризуется еще более наглядно: сфинкс имел туловище льва, огромные крылья и прекрасное женское лицо.

Совсем иная «подсветка» образа Фенечки – «зверек», «мышонок в норке», Базарову же во сне она представляется «кошечкой».

Интересно отметить постепенное изменение образа Павла Петровича в представлении Базарова. Сначала Павел Кирсанов со своими остатками «львиных» светских привычек кажется молодому нигилисту столь ничтожным, что иронически сравнивается им с жуком («Пойдем лучше смотреть жука», — предлагает Аркадию Базаров после дискуссии о таинственных отношениях Кирсанова к загадочной княгине Р.). Позже, в эпизоде вызова на дуэль, Базаров на мгновение представляет себя в схватке с Павлом Петровичем («задушить его, как котенка»). Во сне перед дуэлью приходит верная ассоциация: «Павел Петрович представляется ему большим лесом, с которым он все-таки должен был драться». Николай Петрович так и остается «божьей коровкой», по меткому определению Базарова. Жучок этот смирный, никого не обидит, разве только тлю, заботится о своих детках и летает невысоко и неохотно.

Одним из символов романа является лягушка. В восточных религиях лягушка — волшебное существо, поскольку ее кваканье – это разговор с Богом, своим Отцом. Базаров говорит: «Мы с тобою те же лягушки». Таким образом, можно предположить, что в этой фразе заключен основной мотив произведения – противостояние отцов и детей.

Мифологические детали

Одним из ключей к интерпретации произведения «Отцы и дети» Тургенева служат интерсвязи произведения, проявляющиеся в отсылке к мифологическим образам.

Павел Петрович сравнивает княгиню Р. со сфинксом. С этим образом связан мотив загадочности. Княгиня — загадка, которую Павел Петрович не может разгадать и поэтому умирает духовно. Ее отгадывает сама княгиня Р.. Она пишет Павлу Петровичу: «Крест – вот разгадка». А если дана разгадка, то сфинкс должен умереть, что и происходит с княгиней Р..

Базаров предстает поначалу как воплощение утверждения: «Человек – царь природы». Он проводит химические и биологические опыты, дает дельные советы по агрохимии. Наконец, герой успешно оказывает жителям Марьина медицинскую помощь. Конечно, Базаров считает, что он далек от веры в какие бы то ни было обереги-амулеты, ведь «порядочный химик», по его мнению, способен, в отличие от поэта, разгадать таинственные силы природы. При этом Базаров не замечает, что ему присуще преклонение перед идолами, просто его «сатанинская гордость» до поры это отрицает. «Чем решительней отрицание, чем менее обнаруживает оно колебаний и сомнений, тем лучше, тем могущественней авторитет, тем возвышеннее идол, тем непоколебимее вера».

Своеобразную роль талисмана играет такая художественная деталь, как книжка Бюхнера, впоследствии приобретающая значение символа. Об этом говорят современные исследователи: «Нетрудно заметить, что книга Бюхнера имеет для Базарова особенное значение. Герой часто носит ее с собой и, при случае, рекомендует читать окружающим, словно новоявленный проповедник. Действительно, уже вскоре после своего появления сочинение Бюхнера воспринималось современниками, вследствие необыкновенной популярности, в качестве своего рода «библии материализма». И, несмотря на то, что все в романе, включая самого автора, подчеркивает, будто Базаров ни во что не верит, нельзя не заметить, что именно в свою «библию» силы и материи он как раз верит».

Неудача Базарова в попытке заменить томик Пушкина в руках Николая Петровича сочинением Бюхнера приобретает символический смысл. Пушкинская поэзия освещает весь роман. Вот и получается, что никакая наука не заменит веру в искусство, никакая польза не заменит любовь и поэзию.

Бред Базарова о «красных собаках» тоже не лишен значения. Эта мифологическая деталь – один из рассеянных по роману отголосков религиозных представлений Древнего Востока. В образе дикой собаки или шакала представал, по поверьям древних египтян, покровитель умерших – бог Анубис.

1.4. Библейские детали, мотивы, образы

В произведении важной деталью является крест. Древнее дохристианское значение креста связано с идеей цикличности, так как крест восходит к изображению пересекающихся спиц солнечного колеса. Таким образом, крест изначально связан с идеей жизни. Согласно энциклопедии «Мифы народов мира», «крест моделирует … восхождение духа, стремление к Богу, к вечности». «Крест – это выбор между счастьем и несчастьем, жизнью и смертью, процветанием и упадком. На этом основано использование креста в гаданиях, в качестве талисмана, амулета, оберега. Человек мифопоэтического сознания стоит перед перекрестком, развилкой пути, где налево – смерть, направо – жизнь».

Крест упоминается в романе восемь раз: кресты на церквушках, «крестообразная» черта на кольце княгини Р., кресты на кладбище, где похоронен Базаров. Крест – это символ человека, так как на кресте распинали людей. Матушка Павла и Николая Кирсановых «в церкви подходила первая ко кресту»; Николай Петрович опасался, что «отставным людям» «пора гроб заказывать и ручки складывать крестом на груди». Три раза герои романа осеняют себя крестом. Перекрестилась «под шалью» княжна Х……я, тетка Одинцовой, узнав об отъезде Базарова и Аркадия; «начал креститься» камердинер Петр, увидев потерявшего сознание Павла Петровича; наконец, сам Павел Петрович в русской церкви Дрездена «задумывается и долго не шевелится, горько стиснув губы, потом вдруг опомнится и начнет почти незаметно креститься…». Крест также означает земные страдания, неизбежность физического ухода. Это и символизирует крест на могиле атеиста Базарова.

Таким образом, Базаров и Павел Петрович, казавшиеся столь различными, пришли к одному итогу – к кресту в церкви и на могиле.

Говоря о разрушении позитивистских «прынципов» Базарова, нельзя пройти мимо одного загадочного мотива, связанного с историей атеизма и нигилизма. Это мотив ангела. По дороге в имение Одинцовой Базаров неосознанно прибегает почти к молитве своему небесному покровителю. 22 июня, «день ангела» для Евгения Базарова, — это день святого Евсевия, смысл сопоставления с которым раскрыл Ю. В. Лебедев: «Евсевий погиб случайно, и… в смерти его была повинна рука женщины из враждебного арианского стана, когда Евсевий с учеником своим посещали «ариевого зловерия исполненный» город Долихины, — пишет исследователь, — Базаров убежден, что с ним ничего подобного произойти не может. Однако умирает он от случайной язвы, от пореза пальца. Этот «случайный» порез глубоко мотивирован особым психологическим состоянием героя, уязвленного роковой безответной любовью к женщине из враждебного дворянского круга».

И все-таки управляет судьбой Базарова другой ангел, противостоящий заботливому христианскому святому. Женщина-сфинкс, олицетворение тайных сил природы, предстает перед Базаровым и как ангел смерти. Сцена приезда Одинцовой к умирающему Базарову: «Дама под черным вуалем, в черной мантилье» выходила из кареты. «К нам ангел с неба…» — восклицает в восторге старик Базаров. Но черный ангел может быть только вестником смерти. Контекст повествования об Одинцовой связан с темой искушения, и Тургенев обращается к библейской метафорике. В «портике» Анна Сергеевна увидела «ужа» — и с тех пор не любила бывать в этой части сада. Этот безобидный уж вполне может означать мотив искушения соблазна, от которого бежит Одинцова. Но и в ней самой – опасность для Базарова, ее коса «развилась и темной змеей упала к ней на плечо».

Библейские сюжеты, образы, крылатые выражения часто служат материалом для творческих преобразований в текстах художественной литературы. Сюжетные линии романа И. С. Тургенева достаточно открыты и границы их соприкосновения вполне уловимы; проникновение библейских мотивов и образов в авторский текст помогает более глубоко вникнуть в образы самого романа.

1.5. Портретные детали

Портреты у Тургенева детализированы. Художник дает подробное описание роста, телосложения героя, костюма, прически, выражения лица, глаз и т. д. Например, Базаров «высокого роста», с «темно-белокурыми волосами, длинными и густыми», в «длинном балахоне с кистями». Лицо его «длинное и худое, с широким лбом, кверху плоским, книзу заостренным носом, большими зеленоватыми глазами и висячими бакенбардами песочного цвета… оживлялось спокойной улыбкой и выражало самоуверенность и ум».

Характерные детали внешности Базарова – «обнаженная красная рука» и «балахон с кистями» — говорят о демократизме, привычке к труду, пренебрежении правилами хорошего тона.

Базаров умен и любознателен, его интеллект подчеркивают такие детали, как «широкий лоб», «крупные выпуклости просторного черепа».

Другая характерная деталь героя – «большие зеленоватые глаза» — свидетельствует о впечатлительности Базарова. После знакомства с Одинцовой он «с негодованием» обнаруживает в себе романтика: ему слышится «таинственное шептание ночи», представляются «гордые губы» и «умные глаза», останавливающиеся на его глазах.

Таким образом, портреты в романе подробны и детализированы, отличаются психологической глубиной. И. С. Тургенев – истинный мастер портретной живописи.

1.6. Бытовые детали

Предметы (вещи) – составная часть художественной ткани романа. Через бытовые детали Тургенев раскрывает социальную сущность, внутренний мир героев. «Одинокий крупный опал» на «рукавчике» Павла Петровича – свидетельство его принадлежности к дворянскому сословию, привычки к роскошной жизни, а «серебряная пепельница в виде мужицкого лаптя» на его письменном столе в Дрездене подчеркивает, как одинок и несчастен русский аристократ на чужбине.

В кульминационный момент объяснения с Одинцовой Базаров подходит к окну. Окно как бытовая деталь интерьера символично: перед нами уже другой герой – Базаров, стоящий на пороге новой жизни, которую он раньше отрицал. Ему трудно смириться с такой метаморфозой, но приходится. «Базаров уперся лбом в стекло окна. Он задыхался».

Итак, с помощью бытовых деталей Тургенев выражает психологическое состояние своих героев.

Глава 2. Особенности психологизма романа И. С. Тургенева «Отцы и дети»

2.1. Психологические детали-ремарки в диалогах

Психологизм Тургенева обыкновенно называют «скрытым», потому что писатель никогда не изображал прямо все чувства и мысли своих героев, но давал возможность читателю их угадывать по внешним проявлениям.



Рассмотрим психологические детали-ремарки, использованные писателем в диалогах Базарова с Одинцовой. Всего в романе одиннадцать таких диалогов, что свидетельствует о пристальном внимании автора к речи героев, отражающей сложнейшую гамму их переживаний, психологическое состояние.

Известно, что нигилист Базаров, отрицающий все, называл любовь «белибердой», «непростительной дурью», «уродством». Поэтому душевные страдания он считает недостойными настоящего мужчины, высокие стремления – надуманными и нелепыми.

Детали-ремарки показывают, какие перемены происходят в душе влюбленного в Одинцову Базарова. На вопрос Анны Сергеевны: «А я, по-вашему, аристократка?» – он отвечает преувеличенно резко, что говорит о его душевном смятении. Голос тоже выдает волнение: «Мы сошлись», — глухо промолвил Базаров. А когда Одинцова пытается вызвать на разговор о чувствах, Базаров отвечает сердито.

Таким образом, у Тургенева нет открытого психологического анализа, что дает большую достоверность, большее обобщение, чем если бы сам автор делал бы выводы о своих героях. Так возникает «тайная психология», которая служит отличительной чертой мастерства писателя и, наряду с «диалектикой души» Толстого и открытым психологизмом Достоевского, становится характерным признаком классического русского реалистического романа XIX века.

Явных психологических деталей-ремарок в диалоге мало, но они значительны. Детали: преувеличенно резко, глухо, сердито, выраженные наречиями, помогают представить иной образ героя, нежели в начале романа. Теперь это не сдержанный, спокойный, уверенный в себе Базаров, а нервный, недовольный собою человек. Вопреки своим взглядам, он влюбился и злится, что не в силах преодолеть нахлынувшее чувство. Любовь, оказывается, не миф, она существует, и люди не похожи друг на друга, как деревья в лесу. Влюбленный Базаров нам ближе, потому что он из жизни, а не из теории.

2.2. Роль явных и скрытых деталей-ремарок в опровержении заблуждений Базарова



Особенностью кульминационного диалога-объяснения Базарова с Одинцовой (глава XVIII) является то, что реплики не снабжены комментариями. Предположим, что гениальный писатель хотел, чтобы читатели сами это делали. Назовем такие психологические детали-ремарки условно «скрытыми». Попробуем поэкспериментировать: дополним реплики Базарова деталями-ремарками.

— Вы называете дружескую беседу болтовней… Или, может быть, вы меня, как женщину, не считаете достойною вашего доверия? Ведь вы нас всех презираете.

— Вас я не презираю, Анна Сергеевна, и вы это знаете, — уверенно сказал Базаров.

— Нет, я ничего не знаю… но положим: я понимаю ваше нежелание говорить о будущей вашей деятельности; но то, что в вас теперь происходит…

— Происходит! – с горечью повторил Базаров, — точно я государство какое или общество! Во всяком случае, это вовсе не любопытно; и притом разве человек всегда может громко сказать все, что в нем «происходит»?

— А не вижу, почему нельзя высказать все, что имеешь на душе.

— Вы можете? – недоверчиво спросил Базаров.

— Могу, — отвечала Анна Сергеевна после небольшого колебания.

<…>

— Вы счастливее меня, — грустно произнес Базаров.

<…>

— Как хотите, — продолжала она, — а мне все-таки что-то говорит, что мы сошлись недаром, что мы будем хорошими друзьями. Я уверена, что ваша эта, как бы сказать, ваша напряженность, сдержанность исчезнет наконец?

— А вы заметили во мне сдержанность… как вы еще выразились… напряженность? – потрясенно выдавил из себя Евгений.

— Да.

Базаров встал и подошел к окну.

— И вы желали бы знать причину этой сдержанности, вы желали бы знать, что во мне происходит? – сердито спросил Базаров.

— Да, — повторила Одинцова с каким-то, ей еще непонятным, испугом.

— И вы не рассердитесь? – зло поинтересовался Базаров.

— Нет.

— Нет? – Базаров стоял к ней спиной. – Так знайте же, что я люблю вас, глупо, безумно… Вот чего вы добились, — обреченно выдохнул Базаров.

Получен следующий ряд наречий: уверенно, с горечью, недоверчиво, грустно, потрясенно, сердито, зло, обреченно, передающий палитру чувств героя. Благодаря этому ряду, легче представить психологическое состояние влюбленного Базарова. От реплики к реплике нарастает напряженность: от уверенности к горечи, недоверию и грусти, от грусти к потрясению, злости и, наконец, к обреченности. Любовь в буквальном смысле настигла Базарова, заставив испытать душевные страдания.

Следовательно, и явные, и скрытые психологические детали-ремарки выполняют определенную функцию в диалоге: показывают эволюцию внутреннего мира героя, впервые испытавшего чувство любви, которое он раньше отрицал, глубже помогают понять сложный, противоречивый образ Базарова, играют важную роль в опровержении его заблуждений.

Фрагмент фильма по роману И. С. Тургенева «Отцы и дети» (режиссер Вячеслав Никифоров, в роли Базарова — Владимир Богин, Одинцовой — Наталия Данилова) сделает данное предположение более наглядным.

Заключение

Таким образом, художественный мир И. С. Тургенева неповторим. Необычайно богатство и разнообразие художественных деталей в структуре романа «Отцы и дети»: это и растительные, и зоологические, и мифологические, и библейские (религиозные), и портретные, и бытовые, и психологические детали.

Такой богатый спектр разновидностей детали обеспечивает широкий охват всех сфер жизни, изображенных писателем. Используя предметные символы, растительные и зоологические параллели, писатель раскрывает самую суть явления, характера, не прибегая к многословным описаниям, следовательно, и читатель не нуждается в авторских разъяснениях: ему достаточно намека, указания, переводящего предметы обыденной жизни в торжественный и тайный знак судьбы. Таким образом, благодаря деталям, достигается необычайная емкость и значимость художественного образа в сочетании с предельным лаконизмом повествования.

Современный этап литературного развития выдвигает одну из «вечных» проблем творчества — проблему изобразительных возможностей писателя, средств его эмоционального воздействия на читателя, проблему мастерства в целом. И художественная деталь как литературоведческая категория, связанная с конкретной выразительной подробностью, представляющей идею автора в кратчайшей форме, становится специфическим средством обобщения, неким «микрообразом». Вот почему изучение функционирования детали в произведении — одна из важнейших задач литературоведения.

В данном исследовании речь шла, в основном, о деталях, рисующих многогранный образ главного героя романа И. С. Тургенева «Отцы и дети» — Базарова. Если же задаться целью рассмотреть роль детали в создании иных образов в произведениях И. С. Тургенева и других классиков, то откроется широкая перспектива для дальнейшей разработки этой литературоведческой проблемы.

Список литературы:

Белинский В. Г. Полн. собр. соч. Т. XII. — М.: Госиздат, 1926.

Горшков А. И. Русская словесность. — М.: Просвещение, 1995.

Ладыгин М. Б., Нефедова Н. А., Тренина Т. Г. Учебная хрестоматия для школ и классов с углубленным изучением литературы, гимназий и лицеев. — М.: Дрофа, 2000.

Лебедев Ю. В. Творчество и история романа «Отцы и дети». — М.: Просвещение, 1989.

Надозирная Т. В., Скубачевская Л. А. Литературный справочник. — М.: Эксмо, 2009.

Поспелов Г. Н. Теория литературы. — М.: Высшая школа, 1978.

Тимофеев Л. И., Тураев С. В. Краткий словарь литературоведческих терминов. — М.: Просвещение, 1978.

Токарев С. А. Мифы народов мира. Т. 2. — М.: Советская энциклопедия, 1987.

Тургенев И. С. «Отцы и дети». — М.: Просвещение, 1982.

Тургенев И. С. Вопросы биографии и творчества. — Л.: Наука, 1982.

Щеглов М. А. Верность деталей. — М.: Просвещение, 1985.

Приложение

Приложение 1. Виды детали в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети».

Приложение 2. «Скрытые» психологические детали-ремарки к репликам Базарова в диалоге-объяснении с Одинцовой (глава XVIII).

Приложение 3. Фрагмент фильма по роману И. С. Тургенева «Отцы и дети» (режиссер Вячеслав Никифоров).








sitemap
sitemap