Эссе Вечная память



Вечная память

Бывают времена, когда человек, наверное, живет одной ненавистью — чувством сильного отвращения к другому. Такое случается, на мой взгляд, на войне. Здесь не важно, кто умнее, добрее, а, может, моложе. Здесь важно, прежде всего, умение защититься. Я так думаю, потому что по-другому не могу себе объяснить тех зверств фашистов, о которых знаю из книг и фильмов, из рассказов взрослых.

Но ненависть убивает человека изнутри, ибо, когда мы хотим чьей-то смерти, подсознательно убиваем самого себя.

Прошло целых шестьдесят лет с той поры, когда однажды, в летний июньский день, война мерзким пауком пробрался в каждый наш дом и распластался там надолго, не отпуская ни на минуту и высасывая людские силы по капле. И мне кажется, что чудовище это до сих пор в нас сидит, источая яд и зловоние, ведь до сих пор мы оплакиваем погибших, до сих пор взрываются снаряды сороковых и до сих пор нас пугает слово «фашист».

На уроке литературы учительница зачитала нам отрывок из рассказа М,А,Шолохова «Наука ненависти». Это страшная история жизни лейтенанта Герасимова. Не знаю, правда это или выдумка, но я жутко ненавидела в те минуты немцев и почти плакала, представляя написанное. Почему-то особенно ярко запечатлелся один эпизод. «Спали мы прямо в грязи, не было ни соломенных подстилок, ничего. Собьемся в тесную кучу, лежим. Всю ночь идет тихая возня: зябнут те, которые лежат на самом низу, в грязи, зябнут и те, которые находятся сверху, »- рассказывает бывший пленный, и я для себя делаю вывод. Такое не должно повториться! Никогда! Ни за что!

Наверное, Шолохов и написал это произведение для того, чтобы мы задумались. Ведь от войны ничего хорошего ожидать никому нельзя. Особенно детям! Бедные! Они лишаются детства! Взрослые все ругаются, разбираются, а страдают дети. Ни в чем не повинные! Сколько их гибнет из-за амбиций власть имеющих! Такая моя точка зрения, как подростка.

Войн не должно быть. Сколько людей перебито, сколько судеб искалечено, но ничего не доказано и мало что изменилось. Так стоит ли вообще воевать? Этому нет ответа. Никто не хочет войны, но до сих пор она возможна. Ответ придет, кажется, только тогда, когда на планете не останется ничего живого и наступит вечный хаос.

Еще одно страшное порождение войны – голод. Сейчас это слово особо не вызывает никаких эмоций. Но голод – это страшно, и то, насколько это страшно, знают испытавшие ее.

Сестра моей бабушки, тетя Руфа, пережила блокаду Ленинграда. Из ее рассказов я примерно поняла, что там творилось, но поверить, что такое возможно, долго не могла.

Люди сдирали со стен обои и варили их; они убивали животных, в том числе крыс; ели школьный мел; бумагу; траву. Готовили еду из всего, что было. Они варили, стараясь, чтобы запах съестного не почувствовали соседи. Люди убивали за кусок хлеб, и многие умерли в это время. Я помню искаженное от боли лицо тети Руфы, когда она описывала ненормальное, агрессивное поведение людей.

Есть хотелось постоянно. В ту пору тете Руфе было лет двенадцать, и она не помнит, чтобы когда-нибудь потом происходило нечто подобное. Ей было страшно идти по улице одной, когда на нее, маленькую девочку, плотоядно смотрели проходящие мимо люди. Возможно, ей все казалось от голода, но ведь девочка чувствовала этот ужас. Я представляю, как она тряслась, выходя из дому.

Было от чего сойти с ума. Вечно ревущие дети, дрожь и слабость, голод, смерть кругом – близких и чужих, и постоянная, судорожно бьющаяся в голове мысль – где достать еды. Страшно, и холодно, и голодно.

Тетя Руфа до сих пор ест очень быстро, как будто боится, что отберут. А после собирает все крошки со стола и складывает в газету. В первый раз увидев это, я не поняла, но тетя объяснила: «Просто я всегда боюсь, что наступит голод».

Ей уже очень много лет, но страшно представить, что там было, если она до сих пор боится прошлого. Я не знаю, как бы мы сейчас пережили это. Мне кажется, что в нынешнее время это было бы очень сложно. Мы привыкли жить в мире, где в изобилии разной еды. Нам было бы тяжело отказаться от всего, к чему привыкли и полюбили.

Мне сложно понять тех людей, которые убивали за кусок хлеба, но также я понимаю, что отказаться от удовлетворения главных потребностей невозможно. Тяжело человеку двадцать первого века представить все, связанное с ужасами войны. Но забывать нельзя! От этого зависит будущее человечества.

Во дворе нашей школы стоит небольшой обелиск павшим воинам деревень Кочаково и Пятино. Зимой вокруг него несут караул высокие, стройные березы в белых морозных уборах, а каждой весной ребятам какого–нибудь класса выпадает честь убирать вокруг и готовить его к празднику Победы. А в мае к утопающему в цветах обелиску приходят ветераны, и старшеклассники под торжественный марш строевым шагом проходят мимо высеченных на камне фамилий, благодаря таким образом и живых, и мертвых за то, что они завоевали для нас право быть на этой планете.

«Вечная память воинам, павшим на полях сражений» за то, что сегодня мы можем жить, не испытывая при этом ненависть и голод, вечных спутников любой войны.



sitemap
sitemap